Давайте не будем.

Немного вспомним, что нами уже пройдено. Апостолы призывают вернуться в общение с ними тех, к кому направлено письмо. И причина такого призыва проста. У апостолов есть то, чего нет, и никогда не будет у тех ребят без посредства апостолов. Разве что только тогда, когда не останется апостолов вовсе. Причина, по которой христиане оторвались от общения с учениками Христа, кроется в неких лживых апостолах, которые внесли разные ложные учения в церковь. Они убедили христиан, что им не нужен никто. У них уже есть помазание, и само помазание их учит. Зачем нужны апостолы? Этих ребят Иоанн с друзьями называет антихристами. Эти антихристы во множественном числе, и есть проявление того самого антихриста, о котором говорили все апостолы до тех событий. После чего, апостолы всячески доказывают несостоятельность учения тех самых лживых апостолов.

Один из приемов, который использует Иоанн — сравнить их эффективность с  эффективностью настоящих апостолов. Затем показать какую-то логику апостольской деятельности. Мы остановились на понятии любви. Здесь не буду повторяться. Иоанн показывает, в чем действительно кроется Христова любовь. Он даже признается, что апостолы только тогда и увидели ее, когда Иисус пошел за них на крест. Вот это и есть настоящая любовь.

И снова он приводит в пример себя и своих друзей, говоря: «…и мы должны полагать жизнь свою за братьев». Это так же признак настоящего апостола. А вот те, кто там, у ребят выдает себя за апостолов, по всей видимости, ведут себя иначе. Они «закрыли сердце свое». И здесь апостолы пишут следующее:

18 Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною.
19 И вот по чему узнаем, что мы от истины, и успокаиваем пред Ним сердца наши;
20 ибо если сердце наше осуждает нас, то [кольми паче Бог], потому что Бог больше сердца нашего и знает все.
21 Возлюбленные! если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу,
22 и, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним.
(1Иоан.3:18-22)

Мы снова видим его «Дети мои!». Крик души, попытка достучаться, при этом указывает на их наивность и неразборчивость. Но потом звучит фраза, которую все воспринимают, как указание к действию. Такое толкование естественно возникает, если не знать, что происходило в той церкви и не соблюдать логику повествования. Но мы более внимательны к тексту, так что, понимаем, что, как и стихами выше, так и здесь, он снова показывает на свое истинное апостольство, в противовес апостольству самозваному.

Вот это его «будем», (в исходном тексте с отрицанием, о чем поговорим после) стоит в первом лице. То есть, как и раньше, он, указывая на себя и своих друзей, говорит, как они поступают или поступят. Здесь он прослеживает ту же логику. Те апостолы, что учат христиан, что заставили их оторваться от правды, ведут себя, по-видимому, иначе. А они, апостолы, будут делать так: «Станем любить не словом и языком, но делом и истиною».

Здесь есть пара серьезных моментов. Прежде всего, как я уже выше сказал, здесь не просто «будем», но перед этим словом стоит отрицание «не». То есть, апостол говорит: «не будем любить словом и не языком». Формально, переводчики все сделали правильно. Более литературно, конечно, так, как написано в синодальном переводе. Однако, есть существенная разница между «будем любить не языком а» и «не будем любить языком, но». В первом случае, автор не против любви словом. То есть, нормально, если человек выражает свое отношение словами. Говорит о своей любви к кому-то. Просто акцент смещен. То есть, давайте не только языком, но и делом. Во втором случае, все меняется. Слово и язык отменяется. Буквально отрицается. Только одно проявление принято — дело и истина.

Теперь становится понятно, почему апостолы узнали о любви Иисуса только тогда, когда Он пошел на крест. И действительно, что-то мы не видим признаний Христа к своим апостолам. Да и «нежностей» от Него не дождешься. А про лежание Иоанна на груди Иисуса мы уже говорили в предыдущем тексте.

За этими словами идет стих, который начинается с союза «и». Но, как в известном фильме: «Не надо и». Действительно, не надо. Да, есть проблема. На сегодняшний день нельзя однозначно сказать, было ли это «и» в письме Иоанна или нет. Да, в современном тексте, который появился благодаря кропотливой работе ученых, восстанавливающих текст Нового Завета, данный союз заключен в квадратные скобки. Эти квадратные скобки говорят о том, что в отношении выделенного слова есть сомнения, но не хватает доказательств. Убрать полностью нельзя. Из серии, «а вдруг». Но и оставить как есть, тоже нельзя. Ведь сомнения-то есть. Какие сомнения. Самое простое — отсутствие данного союза в большом количестве ранних копий. Беда в том, что оказалось невозможным однозначно определить, какие из этих копий более точные.

Что это нам дает? А нам это буквально развязывает руки! Потому что мы можем оценить это слово исходя из контекста. И, судя по контексту, данный союз — фикция. А то, что он появился уже в ранних (2 век) копиях, говорит нам о разночтении данного текста уже в первой церкви. Да таком разночтении, что кто-то не выдержал и вписал его. А может и наоборот, скрыл. Но скрыл или написал теперь вопрос наш. Итак, возвращаемся к тексту.

Допустим, союз был. И тогда все правильно. 19й стих стоит особняком. И мы узнаем о том, что мы от истины так. Если наше сердце осуждает нас, мы его быстренько успокаиваем. То есть. Если так, то получается, каждый, кто может вот так быстренько успокоить свое сердце — тот апостол. Хм. Что-то странно это. Вам не кажется? Что до меня, так меня вообще бомбит от такой логики.

Но допустим, что союза не было. Тогда 19 стих, опираясь на греческий текст, звучит несколько иначе.

В этом узнаем, что в истине мы есть, и перед Ним убедим сердце наше
(1Иоан.3:19 подстрочный перевод)

Теперь меня все устраивает. Логика железная и понятная. Получаем следующее высказывание.

Не будем любить ни словом, ни языком, но делом и истиною. В этом узнаем, что в истине мы есть, и перед Ним убедим сердце наше
(1Иоан.3:18,19)

В действительности, здесь союз и так же не мешает. Но, почему-то, переводчики об это «и» споткнулись и сделали то, что сделали.

А затем Иоанн объясняет, зачем они, апостолы, успокаивают (убеждают) сердце свое. Давайте еще раз. Иоанн с друзьями действует так. Он «любит не словом и языком, но делом и истиной». И то, что они делают все именно так, убеждает их, что они в истине. И тогда, если сердце их в чем-то осуждает, они говорят: «Так, молчать! Мы сделали по-божьи, а Он знает больше, чем ты!». Как-то так.

ибо если сердце наше осуждает нас, то [кольми паче Бог], потому что Бог больше сердца нашего и знает все.
(1Иоан.3:20)

Как мы видим, даже в синодальном переводе фраза «кольми паче Бог» стоит в квадратных скобках. То есть, уже во время работы над переводом синодального издания, были сильные сомнения в этих словах. И, конечно же, современная наука доказала их отсутствие в исходных текстах. Подстрочный перевод звучит так:

Потому что если осуждает нас сердце, что больше есть Бог сердца нашего и знает все.
(1Иоан.3:20)

И опять проблема. Данный стих становится непонятным, если цитировать его отдельно от 19го. Давайте совместим, и все встанет на свои места.

…и перед Ним убедим сердце наше, что больше есть Бог сердца нашего и знает все, потому что если осуждает нас сердце.
(1Иоан.3:19б,20)

Давайте переведу с русского на русский. Если вдруг сердце апостолов их в чем-то осуждает, то они говорят своему сердцу: «Бог больше тебя и знает все, так что, помалкивай». Конечно, это упрощенная фраза, передает лишь общий смысл. Но свое апостольство они узнают не от того, что смогли успокоить сердце, а из своего поведения, где они буквально «не любят словом и языком, но делом и истиной». А теперь апостолы отвечают на вопрос, зачем вообще нужно сердце успокаивать (убеждать).

21 Возлюбленные! если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу,
22 и, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним.
(1Иоан.3:21,22)

Здесь апостол открывает интересный механизм. Он говорит, что если его сердце его осуждает, то апостолу не достает смелости (дерзновения) к Богу. Тут важно. Здесь что-то очень похожее на то, что происходит в жизни многих. Когда человеку не хватает смелости подойти и что-то попросить, а может, и потребовать. Если человек не уверен, что прав, не уверен, что получит ожидаемый ответ. Вот эта неуверенность многим поломала жизнь. И апостол говорит, буквально признается, что ему знакомы такие чувства. Они мешают ему что-то просить у Бога. Но, когда он действует так, как описал чуть выше, тогда он просто затыкает рот своему сердцу, потому что невозможно сделать что-то неправильно, когда любишь делом и по сути. А сердце — оно плотяное. Оно ограничено в своих возможностях что-то знать или понимать. И вот, когда апостол посмотрел на свои дела, убедился, что все правильно, он затыкает рот подслеповатому сердцу и становится смелым, уверенным. Тогда он обращается к Богу и, вуаля, получает все (!!!), чего ни попросим. И вот почему получаем. Потому что в действительности они все делают правильно. Они делают то, что Ему угодно. А сердце, как всегда, ошиблось.

Итак, такую  «наглость» он, как апостол приобретает именно через дела, а не через слова. Но не дела закона, а дела той любви, о которой говорит Иисус. То есть — когда они жертвуют собой ради кого-то.

Прочтемся.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.