Смотрите, какую любовь Он дал нам…

Да, мы все еще внутри первого послания Иоанна. Легкое напоминание, что было в предыдущих сериях. Апостолы рукой Иоанна обращаются к каким-то христианам, к каким, не очень понятно. Причина их обращения в том, что эти христиане прервали общение с апостолами. И вот, сначала апостолы  доказывают право на «вещание». Ведь они рассказывают им не басни, а то, что видели, что рассматривали, слышали и осязали своими руками. Затем, приводят простое доказательство своего апостольства и правильности: «Все, что не попросим, получаем». Да, они не идеальны, но у них есть ходатай, и кровь Иисуса омывает их от всякого греха.

Все это доказывает, что у них, у апостолов, есть настоящее общение с Богом Отцом и Его Сыном. Если христиане вернутся в общение с апостолами, они вернутся и в общение с Отцом и Сыном.

Далее апостолы взывают к разуму христиан через сарказм. Они иронизируют по поводу их внутреннего разделения на отцов, юношей, отроков и детей. При этом, сами они, апостолы, называют их всех детьми. Другое доказательство — отношение к брату. Здесь опять намек на прерванное общение. Если они любят братьев, читай, апостолов, значит они во свете. Если ненавидят, то есть, прервали общение, значит во тьме.

Приводя все такие и иные доказательства, апостолы призывают читателей вернуться к тому, что им было проповедано с самого начала их знакомства с Иисусом. Здесь снова звучит саркастическое напоминание об их вере в то, что у них есть помазание, которое их учит. Поэтому, если они действительно имеют, то пусть оно и научит. Но пока, как говорит Иоанн, ему будет стыдно, когда Иисус явится, за них. Так же апостолы достаточно жестко, снова с ощутимым сарказмом, вызванным, видимо, болью за погибающих христиан, выступают против их учения о том, что они рождены. Если кто и имеет право сказать такое, то только апостолы. Вот об этом они через Иоанна и говорят дальше.

1 Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими. Мир потому не знает нас, что не познал Его.
2 Возлюбленные! мы теперь дети Божии; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть.
3 И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист.
(1Иоан.3:1-3)

Конечно же, мы сразу идем в греческий. И тут же обнаруживаем некоторое несоответствие. Если в первом стихе подразумевается некоторая неопределенность в том, уже они дети или только будут. То в греческом все совершенно определенно. Апостол так и говорит: «… и являемся» или «и мы есть». Тут, правда, нет личных местоимений. Тут глагол в первом лице настоящего времени. То есть, апостол предлагает читателей увидеть то, чего, возможно, они не замечают. Он хочет, чтобы христиане увидели величие Божьей любви в том, что Он взял и сделал, назвал их, апостолов, Своими детьми. Тут важно, что не они себя сами назвали. А именно Он. Они наречены, а не нарекли себя сами. И своей фразой «…и являемся» или «и мы есть» он это подчеркивает. Для понимания перефразирую эти слова так: «…так и есть, мы действительно дети Бога».

Затем Иоанн ставит именно эту любовь, ее величие, как причину того, что их, апостолов, мир не познал. Да, возможно вы иначе привыкли понимать. Может показаться, что любовь Отца тут ни причем. Ведь дальше сказано: «…что не познал Его». И фраза построена так же: «Мир потому не знает нас, что не познал Его». Да, все верно. И все же. Если вы прочтете эти два предложения вместе, у вас должно все встать на места. Иоанн не просто так восторгается любовью Божьей. Не для того, чтобы читающий сказал: «Да, велика любовь Божья». Хоть в этом и нет ничего плохого.

Апостолы здесь ставят на Его любви акцент. То есть, любовь до такой степени велика, что мир не может Его понять или познать. Ему не ясно, что и почему. К такой любви мир не подготовлен. Для него, мира, такая любовь загадка. Вот поэтому он, мир, и не может познать Бога. И по той же причине, этот мир не может понять или познать апостолов. Ведь они апостолы исключительно благодаря этой самой Его любви.

Все это сказано исключительно потому, что те, кто должен был читать данные строки, находятся в обольщении, под влиянием того самого мира, который не понимает ни Бога, ни апостолов. А потому делает какие-то свои выводы и строит свои учения. Ну, а мы, современные люди, просто унаследовали все эти «веселухи».

Еще раз. Когда Иоанн пишет про великую любовь, которую Бог дал апостолам, то он не говорит о той великой любви, которую Он дал читающим. Здесь обсуждается именно апостольство авторов текста. Задача авторов — вернуть христиан в общение с ними.

Но на этом Иоанн не останавливается. Далее он вновь кричит им в уши: «Возлюбленные!». То есть: «Да поймите уже, наконец!!!». Что же они должны понять? А то, что даже их звание «дети», звание, которое сейчас, на момент написания послания они имеют, будучи апостолами, вещь шаткая. Он так и говорит: «Да, сегодня мы дети Божьи. Но вот проблема, это совсем не гарантирует нам, что так будет всегда. Даже мы, апостолы, не знаем, что будет завтра. Не потеряем ли и мы звание детей, как некогда отрекшийся от Мессии народ Израиля?».

Апостолы говорят, что даже они, апостолы, очень дорожат этим званием, и не имеют полной уверенности в том, что так будет всегда. Тогда как те, к кому они пишут, видимо, уверены в том, что они дети на все сто процентов. Но вот что они знают точно… Да, здесь надо сделать отступление. В греческом тексте не написано «когда откроется», но «если явится». То есть, в синодальном переводе мы читаем так, будто открыться должно обязательно. Но апостолы так не писали. Они писали «если». У них нет такой уверенности, как сегодня у нас. Мы все знаем. Мы же лучше апостолов.

И вот, апостолы говорят через Иоанна, что если (!!!) откроется или… Тут снова пояснение. Слово «открылось» в предложении «не открылось, что будем», и слово «откроется» в предложении «когда откроется, будем подобны…» однокоренные. Более того, в словаре они числятся как разные формы одного и того же слова. И у мистера Стронга данные слова имеют один идентификатор (5319).

Итак. На момент написания текста Иоанн очень дорожит званием сына Божьего. При этом он  говорит: «Да, сегодня мы названы детьми Божьими, но, что будет завтра, не известно. Знаем только, что, когда будет известно, тогда подобно Ему будем».

Здесь есть соблазн истолковать так, как если бы апостолы стали подобны Ему тогда, когда Он явится. Но использование данных слов Иоанном не дает нам право на такое толкование. Здесь иначе. Апостолы действительно не могут дать гарантии на то, что их звание сохранится. Ведь и они тоже люди. Но вот, что он знает точно. Что бы ни произошло, они будут подобны Иисусу. Но почему?

Может показаться, что ответ в следующем предложении, где он говорит: «…потому что увидим Его как Он есть». И данный текст может стать, а скорее всего, уже стал, капканом на пути понимания. На самом деле намек на понимание дает совсем другие слова. Они идут сразу за озвученными. Там Иоанн говорит следующее:

И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист.
(1Иоан.3:3)

Здесь не очевидно, о какой именно надежде идет речь. Обычно предполагается, что говорится о надежде стать подобным Ему, когда Он явится. Но мы уже поняли, что тут не говорится о явлении, но о времени, когда станет известно, сохранили апостолы звание детей божьих, или нет. Но, тогда, может быть, речь идет о том, что апостолы увидят Его «как Он есть» и тогда станут подобными Ему? Давайте разбираться.

Наша проблема в том, что такая постановка вопроса, как мы читаем в переводе, а именно «как Он есть», не могла проявиться во времена апостолов. Такая формулировка возможна только в рамках немецкой философии, которая появилась гораздо позже. Здесь и появляется такие выражения, как «видеть все, как есть», «предмет, как он есть» и прочее. Кроме того, Иоанн с апостолами не писал философам. Его адресат — простые верующие, не отягощенные излишком знания. Другими словами, то, как мы это читаем в синодальном переводе, не то, чтобы не возможно было бы ожидать, но крайне мало вероятно.

Но вот, что мы находим. Иоанн использует очень похожий прием, когда говорит позже о чистоте. Он говорит, что тот, кто имеет ту же надежду (о ней позже) очищает себя так же, «как он чистым есть». То есть, чуть выше, апостол говорит, что они, апостолы, увидят Его, какой он, поэтому, всякий буквально готовит себя к той встрече, то есть, очищает себя, чтобы быть как Он. И здесь возникает вопрос к тем, кто верит, что апостол говорит об очищении от встречи с Ним. Если они, как только Его увидят, сразу станут подобны Ему, то зачем очищаться, чтобы быть подобным Ему? Ведь, они и так станут подобны.

Да, здесь неразрешимая дилемма, если упереться и стоять на своем. Но все встает на свои места, если предположить, что наше привычное объяснение здесь неверно. А верно, вот такое. Апостолы говорят, что имеют звание сынов Божьих. Но они не могут дать гарантии, что так будет всегда. Однако они знают, что однажды они Его увидят. И если что, они должны быть готовы к этой встрече. Поэтому, они очень озабочены тем, чтобы при встрече с Ним не оказаться недостойными. Итак, если станет известно все об их звании в будущем, они знают одно — они делают все возможное, чтобы быть подобными Ему. Потому что рано или поздно увидят его таким, какой Он.

Теперь о надежде. Речь не о той надежде, что, когда они увидят Его как он есть, то превратятся в чистых и подобных Ему, а в том, что их старания не пройдут даром, и когда они встретятся, будут подобны, то есть, будут достойны, не опозорят данного им авансом звания.

Тут снова нужно пояснить. Ведь вы, наверное, уже решили, что я отошел от понятия благодати. И свалился в закон. Мол, вот, теперь снова  о том, что нужно быть хорошим. Поясняю, если вы сами еще не поняли. Иоанн уже апостол и уже имеет ЦБ. Он и его друзья имеют уже звание детей Божьих. И имеют они все это даром, то есть, безвозмездно, как сказал один великий герой. Все это они получили без особых затрат своих сил.

И, когда апостолы пишут христианам, они ставят свой опыт и свои переживания в пример тем, кто еще претендует на получение апостольства. И здесь его задача не показать, что они чем-то заслужили свое положение, а открыть им то, как они, апостолы, ценят его.  Для них звание детей — ответственность. Они не смеют называть себя детьми божьими по своей милости, по собственному желанию. Они понимают, что этот дар не заслужен ими. То, что не принадлежит им по праву, но по милости, очень легко потерять. Все это они говорят тем, кто сам себя, по собственной прихоти решил называть дитем божьим. Апостолы показывают им, что такой поступок граничит с безумием. Тогда как настоящие апостолы трепетно относятся к своему званию, эти христиане кичатся званием, каким сами себя наградили и, по сути, не проявляют к званию  ни малейшего уважения.

Они же, апостолы, даже имея звание в действительности, всеми силами стараются оправдать его. И суть здесь не в том, смогут они оправдать или нет, а в том, что они стараются. То есть, проявляют всяческое почтение незаслуженному дару. Потому они и говорят, что всякий (читай, всякий апостол) имея такую надежду, надежду на то, что, когда Он придет, они не будут постыжены, очищает себя. Давайте еще раз прочтем эту фразу.

И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист.
(1Иоан.3:3)

Как видно из текста, речь идет о людях, которые очищают себя сами. Причем очищают, так как Он чист, подобно Ему. Они желают быть похожи на Него. И к чему-то прилагают усилия, чтобы быть чистыми, как Он. Это те, кто уже все имеет.

Апостолы догадываются, что их слова могут быть не поняты. Поэтому они углубляются в  некоторые разъяснения.

4 Всякий, делающий грех, делает и беззаконие; и грех есть беззаконие.
5 И вы знаете, что Он явился для того, чтобы взять грехи наши, и что в Нем нет греха.
6 Всякий, пребывающий в Нем, не согрешает; всякий согрешающий не видел Его и не познал Его.
(1Иоан.3:4-6)

Итак, что же наш Иван Громович хотел этим сказать? Да все просто. Помните, он уже говорил, что они, апостолы — грешники. Ну, тогда, когда они пишут, что, если бы они сказали, что не согрешили, то были бы обманщиками. То есть, здесь под «всякими» он имеет и себя. И не только себя, но и своих друзей — апостолов. Да, действительно, всякий, в том числе и апостол, когда делает грех, он делает и беззаконие. И да, грех, это и есть беззаконие. Но вот ведь какая штука. Пришел Он. А Он пришел для того, чтобы «взять грехи наши». Наши — то есть, грехи апостолов. И в Нем, нет греха. А дальше интересная зависимость. Или, формула.

Так как Он не имеет греха. То всякий, кто в Нем, автоматически теряет грех. Ведь в Нем не может быть греха. Представляете? Вот, стоит Ваня, рыбацкий сын, весь из себя в грехе. Потом он получает прощение, входит в общение с Сыном Божьим, и бац, все, что в нем было греховного, выжимается до капли. Без Него, что бы он ни делал, грех из него не выходил. Но как только произошло соединение. Весь грех улетучился. Да, говорит Иоанн. Мы — грешники. Но! Мы все время в Нем, и потому мы не согрешаем.

Вот это формула! Механизм совсем не такой, какой предлагает закон. Нужно усилие? Да. Безусловно.  Но усилие не на то, чтобы не согрешать, а на то, чтобы быть в Нем. Вот и ответ апостола. Они старательно очищают себя, заботятся о своей чистоте, но не путем закона, а путем пребывания в Нем. Вот, куда приложены их старания, вот на что тратятся их силы и время. Они сами это делают. Никто за них не может решить, в чем или в Ком пребывать. Они решают, и делают усилия. Вот так они сами себя очищают.

И потому они знают точно. Тот, кто согрешает, будучи христианином, не знает Его. И не только не знает, но и не видел. Вот почему апостол о себе и своих друзьях так запросто заявляет, что они такие же грешники. И грех они делали. Они не делают из этого секрета. Более того, заявляют публично (через послание). Но у них есть ходатай. И кровь Иисуса Христа омывает их от всякого греха.

Как мы видим, Иоанн повторяет ту же фразу, просто другими словами.

Прочтемся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.