Древняя заповедь

Судя по тому, как часть Иоанн использует свои восклицания, типа: «Возлюбленные!», или: «Дети мои!», можно сказать, что данное послание — это послание чуть ли ни последней надежды. И его восклицания — это некий крик души, последняя попытка докричаться. Это так же, как если бы он сказал: «Да поймите уже, наконец!». Думаю, не поняли.

Итак, чуть раньше мы проследили мысль апостола, где Он говорит о том, что, если человек говорит, что познал Христа, то и его поведение должно полностью соответствовать поведению Христа. Иначе такой человек — лжец. Тут, как мы видим, звучит не только простое рассуждение. Тут вызов. Здесь Иоанн противопоставляет россказни тех, кому пишут апостолы, тому, как живут они сами, Иоанн и сотоварищи. То есть, те, кто говорит, тот только говорит. А они, апостолы, живут так. Это и есть одно из доказательств того, что настоящее познание не у тех, кто забил им голову рассказами о познании, а у тех, кого они, вследствие тех рассказов отвергли.

Отсюда и следующее восклицание Иоанна, которое аналогично нашему: «Да поймите уже, наконец!».

Возлюбленные! пишу вам не новую заповедь, но заповедь древнюю, которую вы имели от начала. Заповедь древняя есть слово, которое вы слышали от начала.
(1Иоан.2:7)

Что же должны были, наконец-то, уяснить читающие данное послание? Чтобы понять это, надо кое-в чем разобраться.  Проблему здесь вызывает слово «древнюю». Почему это проблема? Да потому, что если речь действительно идет о «древней» заповеди, то, надо полагать, что речь о чем-то ветхозаветном. Но те, к кому пишет Иоанн с друзьями,  скорее всего с Ветхим Заветом знакомы лишь понаслышке, в общих чертах. Более того, если Иоанн от них требует исполнения Ветхозаветных Заповедей, то мы в плачевном положении, ведь тогда мы должны исполнять Закон, от которого нас искупил Спаситель.

Если же под словом, переведенным как «древнюю» стоит что-то обозначающее уже давно известное, не древнее, но хорошо знакомое, то, что они действительно слышали с первого дня покаяния, тогда речь идет не о Ветхом Завете, а о Евангелии, о заповеди Христа. Именно эту заповедь они и могли слышать с первого дня их знакомства со Христом. То есть, «от начала».

Если посмотрим на это слово в греческом исходнике, то ничего нового не увидим. Слово переведено правильно. Так как же нам быть? Отменять Евангелие и становиться иудеями? Ничуть. Секрет именно в интонации, а не в смысле слова. Более того, именно в той интонации, о которой я сказал, что это последняя попытка докричаться с болью в голосе, самое уместное — некоторое преувеличение. То есть, суть слов Иоанна читающим тогда была понятна. Они не ориентировались на Ветхозаветные Писания. Они ориентировались на слова апостолов, которые принесли им в самом начале Благую Весть. А преувеличение до «древнего» сделано, чтобы показать то самое, что он и сказал — ничего нового.

Задача апостола еще раз утвердить то, что христиане слышали от апостолов в самом начале. Именно их, апостолов, слово и есть та самая, правильная и единственная заповедь. То есть, если кто-то предлагает что-либо иное, это обман. Для этого апостол и предлагает такие доказательства, как соответствие жизни познанию, свидетельство тех, кто видел, рассматривал, слышал и осязал, а так же тот факт, что они, апостолы, действуют в могуществе, свободны от всех обвинений, так как кровь Христа омывает их.

Зачем такие старания? Для меня ответ очевиден. Те, к кому пишут апостолы, находятся под сильным влиянием «мудрецов», которые учат их чему-то такому, из-за чего последние отвергли общение с настоящими апостолами. Вот чему можно было научить первых христиан, чтобы те оттолкнули наделенных Царством Божьим людей? Вот это «новое» учение и есть та заповедь, которая противоречит «древней», то есть, той, которую они слышали от начала.

Итак, у апостолов, с точки зрения автора послания, достаточно доказательств их правоты, что, должно, как кажется, заставить читающих прислушаться к их слову. Здесь апостолы приступают к «наставлениям» в полную силу.

Но притом и новую заповедь пишу вам, что есть истинно и в Нем и в вас: потому что тьма проходит и истинный свет уже светит.
(1Иоан.2:8)

Данный текст начинается с словосочетания «но притом». Это перевод слова, которое означает следующее: назад, в обратную сторону, обратно, вспять, снова, вновь, опять, со своей стороны, в свою очередь, против, наоборот, наперекор. То есть, данное словосочетание в приведенном тексте можно было бы перевести как-то так: «Опять же и новую…», или: «С другой стороны и новую…».

То есть, да, апостолы настаивают на старой заповеди, той, которую ребята слышали от апостолов в день своего первого знакомства с Истиной. Но, с другой стороны, приходится давать и что-то новое. Конечно же, что-то, что не противоречит первой, древней заповеди. И вот, как определяет Иоанн данную новую заповедь: «… что есть истинно и в Нем и в вас». Древний греческий дает следующий текст: «которая (новая заповедь) истинна и в Нем и в вас». То есть, апостолы дают заповедь, которая равно действует и в Иисусе и в  них. Действует одинаково, с одинаковым эффектом и силой.

Апостолы даже объясняют, почему именно они сейчас дают эту заповедь. Причина в том, что наступило определенное время. Что это за время? Иоанн определяет его так: «Тьма приходит, и истинный свет уже светит». Тут, думаю, надо дать некоторое пояснение. В греческом тексте суть не в том, что свет начал светить, будто до этого он не светил. Суть в том, что истинный свет становится видимым. Почему? Потому что приходит тьма. Потому что свет во тьме светит. Он только во тьме становится заметен. То есть, сейчас, когда пишут апостолы то самое время, когда истинный свет легко найти, увидеть. И причина в этом то, что приходит тьма.

Здесь у нас, как мы видим целых два сообщения. Иоанн начал с плохой новости. Тьма приходит. Он это говорит так, будто вся церковь того времени была осведомлена о приходе тьмы. То есть, христиане знали, что придет время тьмы. И вот, уже в первом веке апостолы говорят: «Время наступило. Тьма, о которой мы говорили, приходит».

Но с другой стороны, как только наступает тьма, становится видным свет. Потому что «свет во тьме светит, и тьма не объяла его». Этот текст даже мы знаем наизусть.

Итак, наступает время тьмы. Это, по всей видимости, тяжелое время. Но теперь легче увидеть истину. Ее можно осязать, ее можно определять, понять. Что крайне тяжело, когда светло. Но, идем дальше. В чем же сама заповедь заключается? Вот в чем:

9 Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме.
10 Кто любит брата своего, тот пребывает во свете, и нет в нем соблазна.
11 А кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, и не знает, куда идет, потому что тьма ослепила ему глаза.
(1Иоан.2:9-11)

Действительно, когда все хорошо, то есть, когда светло, тебе нет повода ненавидеть своего брата. Ты начинаешь ненавидеть кого-то тогда, когда происходит что-то плохое. Именно в такие тяжелые времена проверяется истинность учения, в которое верит человек. Проверяется его вера. Итак, тогда, когда у тебя есть причины ненавидеть своего брата, и ты его ненавидишь, то вот вердикт апостолов — ты во тьме. Еще раз. Речь не о том, что бы ты ненавидел брата тогда, когда нет для этого повода. Есть повод. Все справедливо. Ты имеешь право его ненавидеть. Он что-то сделал. Он виноват перед тобой. Все верно. Ты на стороне справедливости. Тебе, как минимум, так кажется.

Но вот апостолы считают, почему-то, что даже тогда, когда тьма, когда у тебя есть все причины и оправдания для того, чтобы ненавидеть брата, и ты делаешь это, то это яркий признак того, что ты не во свете. В греческом текста даже сказано «до сих пор» или «до ныне». То есть, христианин, уверовавший во Христа, пока все было хорошо, думал и учил других, что он во свете. Но пришло тяжкое время «бац, и вторая смена». Он ненавидит брата. Имеет на это все права. Ненавидит справедливо. А это значит, что такой человек все еще во тьме.

Вы понимаете, в чем обличает их апостол? Они уже не первый год в церкви. Они уверены, что спасены. Они уверены, возможно, что они дети Божьи. А тут Иоанн говорит им прямо в лоб: «Никакие вы ни дети. И совсем вы не спасены. Вы во тьме».

С другой стороны тот, кто даже тогда, когда пришла тьма, то есть, как и в первом случае, он имеет все права ненавидеть брата, вместо этого «любит брата своего». Тот, как пишут апостолы: «…пребывает во свете и нет в нем соблазна».

Понимаете, речь не о том, чтобы человек заставлял себя любить кого-то. Речь о том, где человек находится. Он может быть уверен, что спасен, что во свете, что он с Богом. Но вот этот простой апостольский текст показывает, что человек все еще в погибели. Он находится в обольщении. Он гибнет будучи уверен, что все хорошо. Поэтому Иоанн еще раз повторяет свою мысль здесь.

А кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, и не знает, куда идет, потому что тьма ослепила ему глаза.
(1Иоан.2:11)

Божьи ребята пишут тем, кто уверен, что у них все хорошо. Их кто-то научил чему-то странному до такой степени, что они умудрились отвергнуть общение с апостолами, отвергнуть не просто общение, но поставить под сомнение их слова. И апостолы дают им простое доказательство их заблуждения. Как это ни странно, им в пользу идет именно то, что тьма наступает. И теперь они могут отличить свет от тьмы. А значит, слова Иоанна и сотоварищей, не просто теория. Они пишут им об этом именно потому, что знают, что там происходит. А там именно то и происходит. Одни братья ненавидят других. И это отображается на общении с апостолами. Возможно, именно апостолы и являются теми самыми братьями, которых ненавидят читающие послание.

Возможно, об этом праве ненавидеть, и говорил Иоанн в начале, когда писал, что они, апостолы, имеют грех, и если бы говорили, что не имеют, то были бы лжецами.

Итак, Иоанн дал простое определение. Наступает тьма. Свет становится видно. Если ты в темное время ненавидишь брата, то ты не имеешь понятия об Истине. И, наоборот. Если даже в темное время ты любишь брата, то в тебе все хорошо.

Дети, отроки, отцы.

Следующий текст мне так же говорит нечто интересное. Да, было бы просто и понятно, если бы Иоанн изначально написал бы: «Проблемы вашей церкви такие-то». Мы бы с легкостью создали бы представление о церкви и далее выстроили бы стройное учение. Но в том то и дело, что Иоанн не планировал, что его письмо войдет в состав Священного Писания. Своим посланием он и его товарищи решали сиюминутную проблему. Они писали конкретным ребятам. И писали так, что адресат понимал, что это для них. И апостолы, по всей видимости, не видели смысла сразу в лоб перечислять все их недостатки. Это разговор двух личностей, заблудший и проводник. И проводник здесь достаточно мудр.

Так вот, Иоанну не нужно перечислять причины написания. Он пишет к больным. И адресует сразу к проблеме. Не уверен, что мне удалось объяснить все достаточно внятно. Но, надеюсь, поймете по ходу дела.

Следующий текст, это текст обращения к детям, отрокам и отцам. В свое время меня учили, что в церкви есть такие категории людей. Другими словами, есть те, кто еще недавно пришел в церковь. Они еще мало что понимают. Они наивны, импульсивны, ничего не умеют. Это дети Другие — боевые ребята. Это проповедники, евангелисты, целители и прочее. Это — отроки. Ну и, наконец, отцы — батяни. Старейшины. Они управляют церковью, они все познали. И т.д.

Если вы, как и я, в свое время, верили в этот фееричный бред, я вас поздравляю. То, что Иоанн обращается к конкретным категориям людей, говорит лишь об одном. Эти категории людей были в той церкви, к которой было адресовано послание. Или церквям, если «зараза» была слишком активной. Так вот, все эти деления на детей, отроков и отцов — это результат того учения, с котором воюют апостолы. То есть, апостолы были против этого, а мы своими руками насаждаем это у себя. Молодцы. Ах да, вот текст, о котором я говорю.

12 Пишу вам, дети, потому что прощены вам грехи ради имени Его.
13 Пишу вам, отцы, потому что вы познали Сущего от начала. Пишу вам, юноши, потому что вы победили лукавого. Пишу вам, отроки, потому что вы познали Отца.
14 Я написал вам, отцы, потому что вы познали Безначального. Я написал вам, юноши, потому что вы сильны, и слово Божие пребывает в вас, и вы победили лукавого.
(1Иоан.2:12-14)

Может показаться, что Иоанн поддерживает такое разделение. В общем, так и думают все, кто учит такому распределению ролей. Но в действительности здесь совсем другое действие. Когда-то давно, д-цать лет назад я занимался в театральной студии. Тогда я был еще атеистом. И никакого понятия не имел о Христе. Но не в этом суть. Тогда в нашей компании мы поделились на некоторых членов семьи. Это было обусловлено теми этюдами, что мы обыгрывали на занятиях. У нас были и мама, и папа, и другие родственники. Все как в обычной семье. Мы так и относились друг к другу в обычной жизни. Вот такая игра. Но представьте себе, что кто-то со стороны узнал о таких отношениях между нами. И вот он, прекрасно понимая всю бредовость этих условностей, обращается к кому-то из нас: «Эй, отец!». Как это будет воспринято? Правильно. В его устах — это насмешка. Он не соглашается с нашим разделением. Он его высмеивает.

Вам нужны доказательства? Их есть у меня.

Смотрите, апостолы пишут так называемым отцам, что они познали Сущего от начала. Но буквально только что они писали, что тот, кто имеет познание, должен соответствовать определенным требованиям. Говоря это, они обличали их именно в отсутствии этого самого познания. И если только что Иоанн написал, что у них нет познания, как он тут же пишет, что они познали Сущего от начала? Так есть у них познание или нет?

Если есть еще сомнения, опять же, если апостол пишет им, как узнать, есть познание или нет, значит это им нужно. А это уже еще одно доказательство отсутствия того самого познания.

Другой пример. Обращаясь к юношам, он пишет, что они победили лукавого. Простой вопрос. Кто победил дьявола? Юноши или Иисус на кресте? Если какие-то юноши, тогда, причем здесь Иисус? Зачем нам вообще Евангелие? Но если Иисус, тогда Иоанн здесь не поддерживает их уверенность, что они победили лукавого, но опровергает ее. А к отрокам он пишет, что они познали Отца. Здесь та же история, что и с отцами. Нет ни у кого истинного познания, кроме как у апостолов. Потом повторное обращение к отцам. Они, видите ли, познали безначального. По всей видимости, они так и говорят: «Мы познали безначального».  И, наконец, опять юноши. Они уверены, что слово Божье пребывает в них, они сильны, и они победили лукавого. Последнее повторяется. Видимо это больше всего возмущает Иоанна.

Итак, перед нами часть ложного учения той общины или общин, к которым пишут апостолы рукой Иоанна. И апостолы вместе с Иоанном с отчетливым укором произносят данные строки: «Вы согласились с тем, что кто-то вас называет детьми? Хорошо, тогда я пишу вам, дети. И пишу я вам потому, что вам прощены грехи не благодаря разным самозваным отцам. Ваши грехи вам прощены исключительно ради имени Иисуса. Если ваши грехи прощены исключительно благодаря Ему, то почему вы принимаете на себя иго каких-то отцов? А вы, так называемые отцы? Вы же говорите, что познали…».

Стоп! Что они там познали? И оказывается, что в греческом тексте здесь нет слова «сущего». Как я уже ни один раз говорил, слово «сущий» — это плод немецкой философии. А до нее еще нужно дожить. Она появилась сильно позже тех времен. Но что они познали «от начала»? И находим там определенный артикль. То есть, о ни говорят, что познали кого-то, о ком только что шла речь. А о ком шла только что речь? Правильно. Иоанн сказал сейчас, что грехи прощены так называемым детям ради имени Иисуса. То есть, получается, что самозваные отцы заявляют, что познали Иисуса с самого начала. Читай, познали раньше всех. Вот, что они выставляют себе в достоинство. То есть, они лучше всех остальных только потому, что раньше других познали Иисуса. И вот они уже не пресвитеры, а ни много ни мало — отцы.

Апостолы не унимаются: «И вам, кого называют юношами во Христе, пишем. Потому что вы, (как в греческом тексте написано) победили зло». О как! Они победили зло. То есть: «Вы же победили зло, значит должны быть на стороне апостолов. Разве нет?!».

И дальше: «Пишу вам, кого отцы называют с надмением отроками, потому что вы познали Отца». То есть, они научены тому, что знают Бога как Отца. И это тогда, когда Иисус в нагорной проповеди буквально высмеял такую самонадеянность среди молодых евреев. И Его козыри были простыми. Если Отец Иисуса является и отцом их, то у них должно быть так: «Если у земного отца попросите рыбы, он не даст змею… …просите и дано будет». Другой его козырь — молитва. Если Он ваш отец, то вам не нужно ни о чем заботиться. Все, что вас должно волновать — Слава Божья и святость Его имени. А вопрос еды или одежды — это вопрос язычников. Но, это только в том случае, если они имеют право назвать Бога своим Отцом.

И вот, молодые христиане вообразили, что они познали Бога как Отца. Их все устраивает. Только апостолы против. И вот, казалось бы, повторяется фраза. Но теперь определенный артикль отсылает нас уже не к Иисусу, но к Отцу. Поэтому две, казалось бы, одинаковые фразы имеют два разных значения. Первое — познание Иисуса с самого начала. Другое — познание так же с самого начала Отца. И апостол не удерживается, чтобы еще раз поёрничать над юношами. Потому что они возомнили, что достаточно сильны, чтобы победить зло, и что в них пребывает слово Божье.

Но, разрешите еще один вопрос. Если бы в ком-то из тех, к кому обращено послание, в действительности пребывало слово Божье, нужно ли было тогда апостолам стараться с написанием данного письма? Зачем? Там же есть уже те, кто познал, кто победил и в ком пребывает Божье слово. Зачем напрягаться, тратить деньги, людей мучить, заставляя отправляться в сложный путь.

Но нет. Апостолы идут на такие траты. Потому что там нет ни одного, кто действительно познал или Иисуса, или Его Отца. Там нет ни единой души, способной хоть как-то противостоять злому. Нет ни одного человека, в ком действительно пребывает Божье слово.

Все эти слова должны были звучать обличением. Читая данный текст, те, кого апостолы называли детьми, отроками, юношами или отцами, должны были, по идее, в стыде отворачивать глаза. Потому что вот такое разделение людей на детей и отцов Иоанн называет миром. Именно о таком мире и говорит апостол, произнося:

15 Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей.
16 Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего.
(1Иоан.2:15,16)

Вот такие игры с семейной иерархией среди братьев и называются апостолами миром.  Вот это и не нужно любить. Потому что все, что в таком мире есть, или все, от чего такие игры начинаются — похоть плоти, похоть очей и гордость житейская. И здесь нет никакого намека на то, что сегодня подкладывают под данную терминологию. Когда Иоанн говорит о похоти плоти, он не говорит о вожделении. Он говорит о жажде человеческого эгоизма быть выше других. Похоть очей — зависть, если кого-то почитают больше, чем тебя. Да и по жизни та же песня. Все это не от Отца. Все эти игры в батьков и сынков — от «мира сего». То есть, от дьявола.

Прочтемся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.