Продолжим начатое.

думаюЯ потратил какое-то время на проверку своих подозрений. Скажу прямо, подозрения не полностью оправдались, но это и хорошо. Главное, что я выяснил, далеко не все слова, переведенные на русский язык как однокоренные слову «молитва» действительно имеют право на такой перевод. И только одно слово в действительности «непорочно». Слово, возможно изобретенное, или привнесенное Давидом. Подчёркиваю, это возможно так, а возможно и нет. Просто само слово появляется в Писании только при Давиде и в текстах Давида. Потом его подхватывает его сын Соломон, и так далее.

До моих «подозрений» я остановился на третьей книге Царств. Я возвращаюсь к данной книге, и продолжаем рассматривать отрывки, где используются в качестве перевода слова однокоренные слову «молитва».

И сказал царь человеку Божию: умилостиви лице Господа Бога твоего и помолись обо мне, чтобы рука моя могла поворотиться ко мне. И умилостивил человек Божий лице Господа, и рука царя поворотилась к нему и стала, как прежде.
(3Цар.13:6)

Здесь история с воцарением Равоама Соломоновича над Иудеей, а Иероваама Иессеевича над Израилем. В противовес Иерусалиму, Иероваам создает двух тельцов и объявляет их богами Израиля, чтобы народ не ходил в Иерусалим. Одного поставил в Вефиле, а другого в  Дане. Кроме того он построил капище и поставил священников, не имеющих отношения к колену Левия.

Мало того, что он придумал своих богов и построил капища, он изобрел еще и праздники для них. И в один день пришел и принес новым богам жертвы. И вот, когда он подошел к жертвеннику, что бы совершить «курение», к нему подходит Божий человек из Иудеи.

Его речь оказывается крайне любопытной. Он обращается не к царю, но к жертвеннику, говоря, что на нем позже, когда родится Иосия Давидович, то он принесет на нем, т.е. на жертвеннике, в жертву всех священников, что служили в данных капищах. Кроме того он дал знамение, что сам жертвенник распадется.

Иероваам, услышав такое слово, вытянул в сторону пророка свою руку, указывая на того, кого нужно схватить. И тут его рука «одервенела». В тот же миг жертвенник развалился. И вот тут царь, видимо опомнившись, просит пророка о следующем…

И сказал царь человеку Божию: умилостиви лице Господа Бога твоего и помолись обо мне, чтобы рука моя могла поворотиться ко мне. И умилостивил человек Божий лице Господа, и рука царя поворотилась к нему и стала, как прежде.
(3Цар.13:6)

Потом царь приглашает к себе в гости пророка, но тот, отказавшись, возвращается домой другой дорогой.

Итак, мы видим, что царь просит пророка из Иудеи, чтобы тот «умилостивил» Бога, что тот и сделал. Рука вновь здорова. Итак, тут мы находим слово «помолись». Давайте посмотрим, что это за слово. Это слово под номером 6419. Мы это слово прекрасно знаем. Оно означает «судить», «осуждать». То есть, царь просит пророка не «помолиться» Богу, а вынести приговор перед Богом. То есть, Божий человек не умоляет Бога простить или что-то еще. Нет, пророк объявляет Богу свое решение по делу царя. А Бог принимает его решение как есть.

Но как тогда понимать фразу «умилостивил…, …лицо Господа»? И тут мы обнаруживаем способность переводчиков соединять не соединяемое. Основное значение слова, которое переведено как «умилостивил», это «ослабил» или «изнурил», сделал больным. Понятно, что бедный переводчик встал перед странным вопросом. Как такое возможно, что пророк «сделал больным Бога»? Конечно, это не возможно. И тут, конечно, включается другой подход. Если невозможно перевести в лоб, значит нужно переводить образно. И возникает лишь одна мысль, ассоциированная с понятием ослабления — «умилостивить».

Вроде бы все логично. Но проблема в другом. Умилостивить можно того, кто выносит приговор. А приговор у нас выносит божий человек, потому как это его обязанность, данная Богом. И вот тут появляется другой смысл. Человек Божий объявил Богу, что царь виновен и его рука должна одервенеть. Бог тут же отдает приказ своим слугам, чтобы те что-то сделали с его рукой. Они тут же выполняют данный приказ. Все это происходит мгновенно. Затем царь просит пророка, чтобы тот «ослабил» приговор. То есть, чтобы Бог, услышал от пророка  другое решение и понизил, ослабил кару, а еще лучше, отменил бы ее. Для такого действия не нужно много времени, нужно лишь решить. И пророк недолго думая снисходит к царю, который уже понял глубину своего падения. И Божий человек ослабляет приговор, буквально ослабляет Лицо Божье. Как бы ослабляя гнев Божьего лица. Бог будто говорит: «Ну, если ты, пророк, так решил, дело твое».

Кстати, обратите внимание на то, что пророк произносит дальше. А дальше он говорит, что еще до его прихода Бог ему сказал, чтобы он не ел там и не пил воды. Бог уже знал, что царь захочет пророка угостить и подарить подарки. То есть, Бог уже знал, что пророк отменит свой приговор. За что царь и захочет наградить пророка.

Не взывал бы ты, Охозия к веельзевулу.

На этом все места касательно молитвы в третьей книге Царств закончились. Теперь пора перейти к следующим текстам, которые находятся в четвертой книге Царств.

На этот раз речь пойдет о царе Израиля. А именно об Охозии. Случилась неприятность. Он упал, как написано, через решетку со своей горницы и «занемог». И вот, бедолага лежит на постели и пришла ему наичудеснейшая мысль, спросить о его болезни у веельзевула, божества Аккаронского. Для  этой миссии он снаряжает экспедицию.

И вот, посланные Охозией встречают на пути Илию Фесфитянина, который объявил им, что Охозия в наказание за то, что послал спросить какого-то там веельзевула, не встанет с постели. Посланные возвратились и передали все царю. Царь посылает с приказом к Илии пятидесяток. То есть отряд из пятидесяти воинов. Начальник над этим отрядом сообщает Илии приказ, чтобы Илия спустился с горы к царю. И все солдаты погибают от огня сошедшего с неба. Потом приходит еще такой же отряд и так же погибает.

Когда пришел третий подобный отряд, начальник отряда поступил более мудро. Он не стал командовать, но почтил пророка, признал его величие, а своих солдат назвал рабами пророка.  Более того, начальник отряда просил у пророка о милости. И тогда ангел сказал Илии, чтобы тот шел с теми солдатами. Илья приходит, сообщает повторно волю Бога и Охозия успешно погибает.

Так вот. В тексте сказано, что начальник над пятьюдесятью солдатами «умолял» пророка. Уже из контекста ясно, что человек не молится, но, обращаясь к человеку. Молит его о пощаде, о снисхождении. Это подтверждается и другими употреблениями данного слова.

Перед нами слово, которое в списке Стронга стоит под номером 2603. и что в словаре, что в других употреблениях данного слова, значение похоже — выпрашивание милости, незаслуженного дара. Так и здесь, речь идет не о молитве, но о прошении, ожидании дара от пророка. Ожидании дара, которым является милость, дарование жизни.

Воскресение ребенка Елисеем

Следующий случай связан с ребенком, которого воскресил Елисей. Все началось с того, что Елисей пришел в город Сонам. Там он был приглашен одной богатой женщиной в дом, чтобы накормить его. После чего Елисей постоянно заходил к этой женщине перекусить. Но женщина на этом не остановилась. Она сказал мужу, что для Елисея нужно сделать навес с местом отдыха. И вот, однажды Елисей пришел туда. И попросил хозяйку прийти к нему. Он поинтересовался, что ей хотелось бы получить от Божьего человека. Она сказала, что у нее нет сына, а муж уже старый. В ответ Елисей пообещал ей, что она будет держать на руках своих сына своего через год. Как и ожидалось, она родила в положенный срок сына.

Сын той  женщины вырос и однажды пошел к отцу на поле, где шла жатва. Но что-то с ним случилось, и когда его принесли обратно матери, он умер на ее коленях. Что же сделала та женщина? А она взяла своего сына и положила на постель Елисея. Сама же села на  ослицу и в сопровождении слуги пришла на гору Кормил, где в то время был пророк. Он узнал добрую  женщину и поинтересовался, с чем та пришла к нему. Он был удивлен, что Бог не сообщил ему о ее приходе заранее.

Узнав проблему пророк посылает слугу Геезию к ребенку с жезлом пророка, чтобы тот положил жезл ребенку на лицо. Но, когда слуга исполнил приказание, ничего не произошло. Пока Геезий выполнял приказание, пророк дошел до места. Он узнал от Геезии, что ребенок не пробуждается, вошел в свою комнату, и увидел сына женщины мертвого на своей постели. Тогда он закрылся в комнате и, как написано «помолился Господу», после чего лег на ребенка, чтобы согреть его. Потом встал и повторил это действие. Ребенок ожил.

Так вот, перед нами слово «помолился».  И снова это наше любимое «судить», «осуждать». Я нахожу некую закономерность. Это слово появляется всякий раз, когда вопрос касается какой-то кары или ее отмены. И каждый раз это не вопрос Бога, это вопрос того, кто молится, т.е. судит. А Бог, судя по всему, лишь, выслушав приговор, запускает какие-то Ему только известные механизмы наказания. Или, в противном случае, отменяет, отключает такие механизмы.

Итак, Елисей вынес свое решение и «помолился», то есть сообщил о своем решении Богу. Все, никаких уговоров, никаких молений, просто решение. Бог тут же включил что-то.

Уже по тому, как Елисей сначала планировал действовать, он знал исход. Смотрите. Он сказал слуге, чтобы тот просто подошел к ребенку и положил ему на лицо жезл (символ власти) Елисея. Елисей, похоже, даже удивился, что ничего не произошло. Да и слуга его был полностью уверен, что не понадобится больше никакого действия. Он без вопросов просто сделал, что сказано. И тут пошло что-то не так.

Давайте еще раз. Елисей не (!!!) собирался молиться. Он считал, и, по-видимому у него были на то основания, что вполне достаточно лишь положить свой жезл на лицо ребенка. Нам не объясняется, почему ничего на этот раз не произошло. Видимо автор думал, что читатель и так должен понять. Я пока не понял. Как бы там ни было, размещение жезла на лице мальчика ничего не дало.

Теперь приходит сам пророк и действует совершенно иначе. Вместо простого приказа он почему-то старается ребенка согреть, причем очень странным способом. Опять же, нам не сказано, почему именно так он сделал. Нам просто сообщают факт. Елисей лег поверх ребенка глаза к глазам, руки к рукам, ноги к ногам. Видимо ребенок был не маленький. И только теперь ребенок ожил. Но перед тем, как согревать ребенка Илия «объявил приговор» перед Богом. Как и почему остается лишь догадываться. Но мы не будем здесь гадать. Наш вопрос пока — слова, переведенные нам однокоренными словами слову «молитва».

Порази их

Посмотрим другое место. В той же 4-й книге Царств. Перед нами снова история с Елисеем. Царь Сирии пошел войной на Израиль и встали станом в одном из мест. Елисей сообщает царю Израиля, чтобы тот не ходил тем путем, чем сберегал царю несколько раз жизнь, как написано: «…не раз и не два…».

Сирийский царь заподозрил, что у него в стане есть крыса. Но ему сообщили, что в Израиле есть некий Елисей, который пересказывает своему царю даже те слова, которые Сирийский царь произносит в спальне. Конечно же, сириец решил схватить Елисея. Разведчики доложили, что Елисей находится к городе Дофаиме. Войска сирийского царя окружили город.

Утром слуга Елисея, когда вышел из города обнаружил, что они окружены. Он сообщил об этом Елисею и спросил, что делать. Елисей успокоил слугу, сказав, что тех, кто с ними больше, чем тех, кто окружил город. И чтобы слуга понял, о чем говорит Елисей, он «молился» Господу, чтобы тот открыл слуге глаза. И тут слуга увидел нечто. Оказалось, что вокруг Елисея вся гора наполнена огненными колесницами.

И вот, когда Сирийцы решили начать захват, Елисей «помолился» Богу. Но как помолился. Смотрите. Вы не найдете ничего похожего на просьбу. Он не говорил: «Если будет твоя воля…». Нет, он так же не говорил: «Спаси нас, сделай что-нибудь с ними». Ничего подобного и рядом нет. Он просто говорит Богу, что с ними следует сделать. Он просто наслаждается возможностями Божьей власти. Он говорит: «Порази их слепотою». Ни тебе «пожалуйста», ни тебе «молю тебя». Ничего похожего. Просто и даже где-то грубо.

17 И молился Елисей, и говорил: Господи! открой ему глаза, чтоб он увидел. И открыл Господь глаза слуге, и он увидел, и вот, вся гора наполнена конями и колесницами огненными кругом Елисея.
18 Когда пошли к нему Сирияне, Елисей помолился Господу и сказал: порази их слепотою. И Он поразил их слепотою по слову Елисея.
(4Цар.6:17,18)

Если чуть вернуться выше, то там, где Елисей «молится», чтобы Бог открыл слуге глаза, так же нет ничего похожего на прошение. Есть четкое указание, что Бог должен сделать: «Господи! Открой ему глаза, чтобы он увидел…». Все!

Такое возможно только в том случае, когда между Богом и Елисеем есть некая договоренность. То есть их отношения подразумевают именно такое «повеление». Это может значить только одно. Бог ждет от Елисея решения. И какое бы он решение не вынес, Бог исполнит его: «Ты, Елисей, решай, а я сделаю». И вот Елисей решает: «Открой глаза слуге». Бог говорит: «Ок!», и открывает. Елисей решает: «Закрой глаза врагам». Бог так же говорит: «Хорошо!», и закрывает. Все быстро и четко, без лишней волокиты. Все ясно, все однозначно. Осталось лишь взглянуть, что же за слова тут используются. Но, думаю, вы уже и так поняли, что это наше любимое слово «судить» или «осуждать».

Давайте еще посмотрим, что есть в этой книге.

Иоахаз

Итак, перед нами новоиспеченный Израильский царь Иоахаз, который правил над Самарией 17 лет. О нем сказано, что царь творил неугодное в очах Господа. Он повторял все грехи царя Иеровоама. В результате Бог постоянно отдавал их в рабство то царю Сирии Азаилу, то его сыну Венададу. И как написано,  это происходило во все его дни. То есть, Израиль гулял по рабству все 17 лет, пока правил Иоахаз.

И помолился Иоахаз лицу Господню, и услышал его Господь, потому что видел стеснение Израильтян, как теснил их царь Сирийский.
(4Цар.13:4)

Думаю, вы уже заметили, что предыдущее слово, которое в действительности имеет значение суда используется лишь по отношению к тем людям, которые являются Божьими. То есть, тем, кому дано право выносить суд. Теперь перед нами царь. Но царь, который творит беззаконие. Ясное дело, такой царь не вправе что-то решать от имени Бога. Все, что он может — просить. И тут он «молится».

Перед нами слово, уже не раз встречавшееся нам в тексте, которое у Стронга стоит под номером 2470. итак, после наших исследований мы знаем, что это слово имеет отношение не столько к молитве, сколько к чему-то изнуряющему. Мое ощущение говорит о таких просьбах, которыми человека просто достают. То есть, если вспомнить историю Иисуса про вдову и судью неправедного, то вдова там «изнурила» в буквальном смысле судью. Единственным средством отделаться от вдовы было решить ее вопрос.

И вот, мы обнаруживаем то же самое слово. Получается, что Бог не хотел отвечать Иоахазу, что и понятно, ведь тот был жутким грешником. Но царь буквально изнурял себя и Бога своими просьбами, своими стонами. Но Бог ответил не потому, что Иоахаз так настойчив, но потому, что пожалел народ, «потому что видел стеснение Израильтян».

Итак. Уже сейчас можно сделать некоторый предварительный вывод. Есть молитва «доверенных» людей, и молитва, назовем их так — «внешних». Доверенные люди, по большей части (не обязательно всегда) не молятся. Они судят, выносят решения, которые поддерживаются Небесами. Внешние люди не имеют права на такой подход. Они могут лишь просить, умолять, вымаливать, выпрашивать, унижаться, плакать и т.д..

Ну, что, давайте посмотрим еще пару мест.

Исайя по просьбе Езекии.

Следующая история нас переносит во времена правления царя Езекии в Иудее. Мы знаем, что Езекия был хорошим царем. Он, как написано, творил «угодное в очах Господних во всем так, как делал Давид, отец его»(4Цар.18:3). Про него даже сказано, что, такого как он, не было и не будет. Не просто  царь, а супер царь. Во времена его правления Иудеи освободились от служения царю Ассирийскому. Он разогнал Филистимлян.

И вот, когда Езекия правил уже 4 года, а в Израиле уже седьмой год правил царь Осия, тот самый Ассирийский царь Салманассар, которому Иудеи служили долгое время, осадил Самарию и через 3 года взял ее. Израильтяне пошли в рабство в Ассирию. Писание говорит, что такое наказание они получили за непослушание Богу.

Все бы ничего, но на 14й год правления Езекии, уже новый царь Ассирии, Сеннахирим пошел, как сказано, против всех укрепленных городов Иудеи и взял их. Езекия решил откупиться от захватчика и отдал ему много серебра и золота. Важно то, что серебро и золото было изъято из Дома Господня.

И вот, царь посылает посольство к царю Езекии, чтобы выяснить, на что тот надеялся, когда отказался служить царю Ассирийскому.        И во всем этом несколько пренебрежительно отозвался о Боге Иудеев и Израильтян. Потом он предложил вступить в союз с Ассирией, за что тот получил бы 2000 коней. Более того, он предположил, что сам он, царь Ассирии, пришел разорять Иудею и Израиль именно по воле Бога, на которого те полагались.

Потом Рабсак, один из послов царя Ассирийского, громогласно, по-еврейски объявил всем людям, что в то время находились на стене города, что Езекия вводит их в заблуждение, так как победить Ассирию невозможно. Ассирийцы кичились своими победами, указывали на побежденные народы, говоря, что их Бог не поможет им. Но по приказу Езекии все молчали (на стене).

Все это было доложено царю Иудеи. Что же делает царь Езекия? Он раздирает одежды, одевается в тряпье и идет в Храм. Одновременно с этим он отправляет посланников к пророку Исайи с таким посланием:

3 И они сказали ему: так говорит Езекия: день скорби и наказания и посрамления — день сей; ибо дошли младенцы до отверстия утробы матерней, а силы нет родить.
4 Может быть, услышит Господь Бог твой все слова Рабсака, которого послал царь Ассирийский, господин его, хулить Бога живаго и поносить словами, какие слышал Господь Бог твой. Принеси же молитву об оставшихся, которые находятся еще в живых.
(4Цар.19:3,4)

Ситуация очень сложная. Ведь Езекия до сих пор вел себя так, что было видно, что за ним стоит великий Бог. Он отказался служить Ассирии, полагаясь на Бога. И вот, Ассирия пришла к нему. А как иначе. Ты «отложился», ответь. Можно понять чувства царя Иудеев, когда ты уверен в помощи Бога начинаешь что-то, и вдруг, нужно как-то отвечать, а той самой помощи, почему-то, не видно. Когда ты во дворе хвастался братом, который придет и всем начистит физиономию, а потом брат говорит, чтобы ты сам с ними разбирался. Как-то не удобно получается.

Вот и говорит Езекия, что младенцы дошли до «отверстия утробы матерней», а выйти силы нет. Ситуация очень неприятная. Прежде чем разбираться с событиями дальше, давайте посмотрим, какое слово использовал Езекия там, где нам переведено словом «молитва».

Здесь у нас оказалось слово под номером 8605 по списку Стронга. А это то самое единственное в своем роде слово, которое появилось в Писании со слов Давида и далее вошло в обиход. То самое слово, которое больше нигде и никак не пересекается с чем-либо бытовым, то есть, относится всегда исключительно по отношению к Богу. То есть, это то самое единственное в своем роде слово, которое имеет полное право переводиться словом «молитва». Другое дело, что саму суть этого слова оно не раскрывает.

То есть, если рискнуть предположить, Давид от своей прабабки (язычницы по рождению) слышал некое слово, которое возможно язычниками использовалось в таком узком смысле. И сама идея, по видимому, ему могла понравиться. Ведь у евреев такого особенного слова, отражающего некий «религиозный» момент, не нашлось, что мы выяснили в ходе нашего расследования. И вот, Давид, либо сочиняет новое слово для евреев, что совсем не редкость, либо просто использует языческое слово. Возможно все было совсем не так. Но ясно одно. До Давида этого слова  не было. С Давидом оно проявилось, и не просто появилось, но во многих местах буквально заменило все возможные другие варианты.

Бог обещает Езекии, что создаст некоторый «дискомфорт» царю Ассирии и тот вернется домой, а там будет убит. Но в реальности все выглядело не совсем так. Да, действительно в тылу врага поднялись бунтари, которые захотели освободиться от служения Ассирии. Однако захватчик не пожелал уйти, но еще больше стал угрожать Езекии. Тогда Езекия снова идет в Храм Господень и там молится.

15 и молился Езекия пред лицем Господним и говорил: Господи Боже Израилев, седящий на Херувимах! Ты один Бог всех царств земли, Ты сотворил небо и землю.
16 Приклони, Господи, ухо Твое и услышь; открой, Господи, очи Твои и воззри, и услышь слова Сеннахирима, который послал поносить Бога живаго!
17 Правда, о, Господи, цари Ассирийские разорили народы и земли их,
18 и побросали богов их в огонь; но это не боги, а изделие рук человеческих, дерево и камень; потому и истребили их.
19 И ныне, Господи Боже наш, спаси нас от руки его, и узнают все царства земли, что Ты, Господи, Бог один.
20 И послал Исаия, сын Амосов, к Езекии сказать: так говорит Господь Бог Израилев: то, о чем ты молился Мне против Сеннахирима, царя Ассирийского, Я услышал.
(4Цар.19:15-20)

как мы видим, и в 15м стихе и в 20м есть интересное для нас слово. Однако в отличии от предыдущего отрывка, здесь используется совсем не то «универсальное» слово. В обоих случаях стоит слово, которое нам хорошо известно как «судить», «осуждать». И такое использование слова случайно. Ведь перед нами царь, который уже получил ответ, но не увидел его исполнения. А ведь страшно, аж жуть.

Итак, Царь в страхе. Он не понимает, что мешает Богу взять и одним махом все исправить. Он ведь полагался на Бога все эти годы. А тут у ворот враг, против которого ему нечем противостоять. И царь теперь не просит, не умоляет. Он судится. Вот этот момент мы не замечаем.

Наша проблема в том, что мы привыкли, возможно где-то на генетическом уровне, воспринимать обращение к Богу всегда в просящем тоне. А ведь очень часто смысл заключен не столько в самих словах, но в том, с каким отношением они сказаны. Если непонятно, представьте себе две картинки.

Картинка первая. Перед нами небогатый челвоек, который в автосервисе просит мастера сделать ремонт, за который не может заплатить в полном размере. И он говорит: «Пожалуйста, сделайте ремонт, я, чем смогу, заплачу».

Картинка вторая. Перед нами начальник гаража. Обращается к своему нерадивому механику, который по какой-то причине не выполнил своих обязанностей, и теперь, может быть уволенным. И вот, начальник своему провинившемуся подчиненному с иронией говорит: «Пожалуйста, сделайте ремонт, а я, чем смогу, заплачу».

В обоих случаях текст идентичен. Но смысл полностью противоположный. Так и в случае с Езекией. В первом случае, Езекия просит Исайю, чтобы тот «молился». Бог через пророка ответил. Но Езекия не увидел подтверждения слов Бога. И теперь, звучат, как бы, слова просьбы, но звучат они  с претензией, с почтительным требованием.

Обратите внимание вот на что. Езекия не использует здесь каких либо явных оборотов унизительной просьбы. Он, не говорит, например: «Слушай Господи, говорит раб твой…», или что-то подобное. Вместо этого звучат слова на грани хамства: «…открой, Господи, очи Твои…». Здесь явное обвинение Бога в том, что Тот закрыл свои глаза. Мы вообще такой оборот используем исключительно для того, чтобы унизить кого-то. Другими словами Езекия здесь не просто не проявляет почтения, хотя очень пытается. Он почти хамит. Он еле сдерживается: «Ты ухо то поверни сюда, глаза то открой! Неужели не видишь, что происходит?!».

Более того, Езекия даже показывает Богу преференции, которые Тот получит, если все же решится помочь Иудее: «…и узнают все царства Земли, что Ты, Господи, Бог один». Можно сказать, царь даже несколько удивлен тем, что Бог не видит очевидной выгоды. А дальше происходит нечто яркое. В том смысле, что обычно тот, кто спрашивает, тот и получает ответ.  Но Бог не удостоил Езекию своим ответом прямо. Он пренебрег им. Что не удивительно. Ведь царь вел себе непочтительно. Однако, царь получил ответ опосредованно. Причем Бог прямо так и сказал в своем ответе, записанном в 20м стихе, что царь не «молился», а «судился»: «…о чем ты молился (судился) Мне».

И еще одно замечание на этот счет. Внутри своего ответа Езекии Бог говорит, что все перечисленное в Его ответе царю, Он сделает не ради Езекии, но ради Себя Самого и ради Давида.

Я буду охранять город сей, чтобы спасти его ради Себя и ради Давида, раба Моего».
(4Цар.19:34)

Как так? Ведь мы только что читали, что Езекия всем царям царь! Да, царь то он замечательный и все делал как надо, однако вот такой своей молитвой он подпортил отношения с Богом. То есть, его вторая молитва, которая не молитва, а суд, не нужна была. Ведь был уже ответ. Все, что нужно было — дождаться. Но, Езекия, где-то сломался, перетрусил.

Небольшой итог. Перед нами два разных действия. Первое названо «молитвой». Здесь использовано слово, появившееся со времен Давида, и, возможно, изобретённое самим Давидом. Второе — суд, претензия. Оба действия названы разными словами, в полном соответствии с тем, что происходило.

А теперь главное доказательство того, что Езекия был неправ.

Прощение Езекии

Надеюсь, вы знаете о том, что разбиение на главы придумано гораздо позже написания текстов Писания. И разбиение на главы и стихи не являются частью Писания. Это лишь техническая помощь в удобстве ориентирования в тексте. То есть, автор не думал, что когда-то кто-то возьмет и разорвет его текст на части и пронумерует их. Автор писал весь текст, как один единый, монолитный рассказ.

Теперь, когда мы все это вспомнили, можно вспомнить и то, что мы только что читали. А предыдущая глава заканчивается тем, что Бог исполняет Свое обещание Богу. Но сам Езекия здесь выглядит, мягко говоря, не очень красиво. Он сильно провинился перед Создателем. Он со страху позволил себе то, чего ему не было разрешено. И вот, сразу за этим событием идет следующее. Сразу за выполнением обещанного Езекии, сам царь заболевает.

И, казалось бы, ничего странного. Ведь ты царь, которого, как мы уже читали, никогда не было ни до него, не будет и после. Но вся интрига заворачивается тогда, когда Бог посылает пророка Исайю к Езекии с сообщением, что царь не выздоровеет, но умрет. Бог так и говорит своему верному Езекии: «Сделай завещание для дома твоего, ибо умрешь ты и не выздоровеешь». Как вам такой поворот? Судя по всем делам, что делал царь, он достоин награды. Ведь он чего только не делал. И был верным. И идолов то всех покрошил в мелкие щепки. Он даже змея медного, которого превратили в образ поклонения, уничтожил. И народ настраивал на победу в стычке с царем Ассирийским. И тут, вдруг, ни с того, ни с сего: «…умрешь ты и не выздоровеешь». Этот текст находится в первом стихе следующей, то есть, 20й главы.

Можете себе представить, что творилось в душе царя? Ведь он был уверен в том, что его Бог никогда с ним так не поступит. Вот когда рушатся все наши представления. Это больно до невыносимости.

Что делает Езекия? Первое — он «отворотился лицем свом к стене». Такая реакция понятна. И второе — он молился. А что здесь за слово? Вы не поверите, но тут опять «судил» или «осуждал». Давайте посмотрим на слова, которыми выполнялся суд Езекии. И кого вообще он судил?

Да, перевод, который мы имеем, создает впечатление того, что Езекия умоляет. Но нет. Он все еще судится с Богом. Да, это совсем не тот суд, что мы слышали чуть раньше. Он уже не такой хамоватый. Он гораздо более смиренный. И, все таки, это еще попытка доказать Богу Его неправоту. Он все еще ссылается на то, что до известного нам события Езекия был верным.

«О, Господи! вспомни, что я ходил пред лицем Твоим верно и с преданным [Тебе] сердцем, и делал угодное в очах Твоих». И заплакал Езекия сильно.
(4Цар.20:3)

Бог возвращает к царю Исайю с вестью, что тот будет исцелен, так как услышал его слова и, главное, увидел его слезы.

Небольшой итог. В данной истории, молитвы нет. Не важно, как нам перевели толмачи. Важно, что было написано автором. А автор написал, что Езекия судил(ся).

Сегодня достаточно. До встречи.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.