Смерть сына

думаюСледующая история связана опять же с царем Давидом. Помазанник «возжелал» чужую жену и не остановился перед тем, чтобы сослать мужа на верную гибель, чтобы забрать его жену себе. Сделал он это тайно, однако Бог послал к Давиду своего человека, Нафана. И Нафан очень ясно изложил то, что думает по поводу событий Бог:

1 И послал Господь Нафана к Давиду, и тот пришел к нему и сказал ему: в одном городе были два человека, один богатый, а другой бедный;
2 у богатого было очень много мелкого и крупного скота,
3 а у бедного ничего, кроме одной овечки, которую он купил маленькую и выкормил, и она выросла у него вместе с детьми его; от хлеба его она ела, и из его чаши пила, и на груди у него спала, и была для него, как дочь;
4 и пришел к богатому человеку странник, и тот пожалел взять из своих овец или волов, чтобы приготовить [обед] для странника, который пришел к нему, а взял овечку бедняка и приготовил ее для человека, который пришел к нему.
5 Сильно разгневался Давид на этого человека и сказал Нафану: жив Господь! достоин смерти человек, сделавший это;
6 и за овечку он должен заплатить вчетверо, за то, что он сделал это, и за то, что не имел сострадания.
7 И сказал Нафан Давиду: ты — тот человек. Так говорит Господь Бог Израилев: Я помазал тебя в царя над Израилем и Я избавил тебя от руки Саула,
8 и дал тебе дом господина твоего и жен господина твоего на лоно твое, и дал тебе дом Израилев и Иудин, и, если этого [для тебя] мало, прибавил бы тебе еще больше;
9 зачем же ты пренебрег слово Господа, сделав злое пред очами Его? Урию Хеттеянина ты поразил мечом; жену его взял себе в жену, а его ты убил мечом Аммонитян;
10 итак не отступит меч от дома твоего во веки, за то, что ты пренебрег Меня и взял жену Урии Хеттеянина, чтоб она была тебе женою.
11 Так говорит Господь: вот, Я воздвигну на тебя зло из дома твоего, и возьму жен твоих пред глазами твоими, и отдам ближнему твоему, и будет он спать с женами твоими пред этим солнцем;
12 ты сделал тайно, а Я сделаю это пред всем Израилем и пред солнцем.
(2Цар.12:1-12)

Можно только догадываться, что в этот момент переживал царь.  Давид признал свой грех, и Бог снял с него поношение, однако, как говорит Писание, оставить без вмешательства совсем уже было невозможно. И, вместо позорной расправы над Царем и его всенародного унижения, Бог решает забрать его сына. Тем самым снимая позор с царя, но оставляет некое воздаяние, которое для Давида так же ужасно, однако государство остается в покое и, судя по всему, снимается поношение от врагов.

13 И сказал Давид Нафану: согрешил я пред Господом. И сказал Нафан Давиду: и Господь снял [с тебя] грех твой; ты не умрешь;
14 но как ты этим делом подал повод врагам Господа хулить Его, то умрет родившийся у тебя сын.
15 И пошел Нафан в дом свой. И поразил Господь дитя, которое родила жена Урии Давиду, и оно заболело.
16 И молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и, уединившись провел ночь, лежа на земле.
17 И вошли к нему старейшины дома его, чтобы поднять его с земли; но он не хотел, и не ел с ними хлеба.
(2Цар.12:13-17)

Прежде чем подойти к нашей теме, давайте немного порассуждаем о причинах такой жертвы. Бог говорит в 14-м стихе через пророка Нафана, что Давид «подал повод врагам Господа хулить Его». То есть так или иначе тайна Давида стала явной. И враги Бога, узнав о таком поступке царя Давида, совершенно резонно могут сказать: «Что же у Давида за Бог, если он не наказывает за такое нечестие?».  Иначе говоря, если Бог Давида молчит, то, по всей вероятности, у него нет никакого Бога. Значит он без защиты. А это уже совсем другая история! И вот, враги Бога должны увидеть святость Бога и Его вмешательство, чтобы бояться и не думать о нападении. По сути, когда Бог объявил Давиду, до его покаяния, что произойдет с Давидом, он указал на совершенно естественный ход вещей. То есть именно это и должно было произойти, когда враги увидели бы беспомощность Бога Давида. Они бы постоянно атаковали бы его. Фактически, для Давида наказанием стало бы естественное течение событий, где Бог не вмешивался бы, а просто позволил течь всему своим чередом. Но, когда Давид признал грех, Бог изменил свое решение. Он решил вмешаться и поменять историю. Теперь, враги увидят решение Бога и Его воздаяние даже для своих, и это будет для Давида освобождением, потому что уже не будет тех проклятий, о каких было сказано ранее. Так что смерть сына оказалась спасением всему Израилю. Здесь есть некая пророческая параллель с Иисусом Христом, подумайте.

Итак, понял ли Давид, что решение Бога было единственно верным? Не знаю. Но мы читаем то, что написано. Итак, ребенок заболевает. Что делает Давид?

16 И молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и, уединившись провел ночь, лежа на земле.
(2Цар.12:16)

Во всех учениях по постам, каждый все время смущает одна неприятность. В ссылках, на которых основывается стандартное учение, как бы игнорируется союз «и». И такие фразы как «и молился, и постился», выдаются за фразу «постился – значит, молился». Или «постился и ничего не ел», выдается за «постился, то есть ничего не ел». Мне кажется это не совсем правильный подход.

Итак, что мы видим в 16-м стихе? Давид делает несколько разных (подчеркиваю) действий. Первое – молится Богу о младенце. Второе – постится. Третье – уединился, и четвертое —  проводит ночь, лежа на земле. Ни первое, ни третье и ни четвертое не имеют прямого отношения к посту. Сторонники догмы о посте, как отказе от пищи, скажут: «Стой, ты читай дальше!». Что же, давайте прочтем дальше.

17 И вошли к нему старейшины дома его, чтобы поднять его с земли; но он не хотел, и не ел с ними хлеба.
(2Цар.12:17)

И вот, обычно указывается на фразу «и не ел с ними хлеба». «Видишь – говорят они – он не ел, значит, пост – это отказ от пищи». Что? Тога мы должны записать в пост и лежание на земле в течение ночи. Потому что это так же происходило во время поста. Кроме того, пост, по этой логике требует уединения (хотя я и не против) и, что самое главное, если мы следуем той же логике, то и молиться мы должны о сыне Давида. Если же вас такая логика не устраивает, то давайте рассмотрим внимательно и поймем, что слово «пост» здесь совершенно отдельное действие. И прямого отношения к еде не имеет.

Что значит, прямого отношения не имеет к еде? Это значит лишь одно. Если я был долго в дороге и приехал домой голодный, я мог бы сказать: «Я весь день был занят, и не имел ни минуты свободной, чтобы перекусить». То есть моя занятость чем-то не дала мне возможности спокойно посидеть и покушать. Значит ли это, что, даже если бы я захотел, то не смог бы выделить такое время для перекуса? Нет, не значит. На самом деле, я мог бы заехать в тот же «Мак авто» и отравиться каким-нибудь пирожком (не люблю Магдачные пирожки). Просто я не посчитал это столь важным.  Точно так же с Давидом. Он сокрушен. Он в ужасе, во внутренних мучениях, в мольбе к Богу, о какой еде вообще может идти речь? Даже получив от Бога приговор, он не сдается и продолжает умолять. А теперь попробуем подставить вместо слова «постился» то значение, какое мы выявили из предыдущих мест. Обращение к Богу со скорбью или вопросом присутствует? Да. Его состояние длится 7 дней без перерыва. Почему? Потому что окончательный ответ он получил тогда, когда ребенок умер. Значит Давид «не прекращал» свою деятельность. То есть Давид «настаивал на своей просьбе» до результата. Вот что получаем:

16 И молился Давид Богу о младенце, и настаивал Давид на своей просьбе к Богу, и, уединившись провел ночь, лежа на земле.
(2Цар.12:16)

Здесь стоит обратить внимание еще на одну сложность. Дело в том, что в древнем еврейском языке не было пунктуации как таковой. Вообще говоря, не было и гласных букв. Сегодня совершенно непонятно, как такое могло случиться. Ведь совершенно невозможно читать тексты, где нет глассных букв и пунктуаций. Всем известен школьный вопрос о том, где ставить запятую: «Казнить нельзя помиловать». Поставишь запятую неверно и все – казнь. Однако древний еврейский так и существовал совсем без пунктуации. Когда мы читаем тексты Ветхого завета (в христианской традиции) или Тоннаха (в еврейской), переведенные на русский язык, мы чувствуем себя совершенно комфортно, потому что за нас поработал переводчик. Он, по своему усмотрению расставил и точки и запятые, вопросы и восклицания.  Но мы же понимаем, вряд ли переводчик может быть полноценным теологом. Обычно, если переводчик сталкивается с трудностью, где его понимания не хватает явно, он обращается к консультантам, которые «по умолчанию» теологи. И консультанты советуют не то, что написано, а то, чему они научены или то, как они понимают этот текст. А так как обращение происходит к теологам «традиционного толкования», то и совет каждый раз будет один и тот же.

Кроме того, разбиение еврейский Писаний на стихи начали Массореты в период с VII-XIв. До этого никаких номеров стихов не было совсем. То разбиение на главы и стихи, какое мы имеем сегодня, это уже совсем недавнее изобретение XV века. А теперь представьте. Вот перед вами текст без точек, запятых, разбиений на стихи и главы. То есть монотонные линии гласных с пробелами между словами. Такой текст мог понять только человек, живо говорящий на этом языке. Это так же, как мы понимаем грубый неграмотный текст, нацарапанный ребенком без всяких правил. Мы точно знаем, что и как надо было написать. Но беда в том, что сегодня не существует людей знающих древний еврейский так, как это знали носители этого текста. Мы научились читать его, но говорить не могут даже сами евреи. Тот язык, на котором говорят современные евреи в Израиле – это язык восстановленный, а не настоящий. Как раз Массореты и занимались его восстановлением в свое время.

Но это все лирика. А мысль вот в чем. Исходя из смысла текста, возможно, я не прав, но расставил бы запятые и точки в рассматриваемом тексте немного иначе. Вот посмотрите, как я вижу этот текст (я ничего не смыслю в древнем еврейском, есть только некоторые знания, которые и надмевают, если вы понимаете, о чем я).

И молился Давид Богу о младенце и постился Давид.
И уединившись, провел ночь, лежа на земле.
И вошли к нему старейшины…

То есть со слов «И уединившись,…» начинается отдельный рассказ внутри поста Давида. То есть молился и постился Давид 7 дней (судя по тексту дальше). А вот старейшины подошли к нему только после проведенной первой ночи на земле. Зачем я все это говорю?  Задача простая, убрать все, что не относится к посту, и увидеть взаимосвязь всего окружения с этим словом. Вот и увидели, что лежание на земле и разговор со старейшинами – вещь второстепенная, и лишь мешала Давиду. А когда Давид узнал «ответ от Бога», то смысл во всем этом действии исчез. Поэтому он встал, переоделся и стал спокойно кушать. Еда же здесь была лишь помехой, а не причиной нарушения условий поста.

21 И сказали ему слуги его: что значит, что ты так поступаешь: когда дитя было еще живо, ты постился и плакал; а когда дитя умерло, ты встал и ел хлеб?
22 И сказал Давид: доколе дитя было живо, я постился и плакал, ибо думал: кто знает, не помилует ли меня Господь, и дитя останется живо?
23 А теперь оно умерло; зачем же мне поститься? Разве я могу возвратить его? Я пойду к нему, а оно не возвратится ко мне.
(2Цар.12:21-23)

Итак, ответ получен, смысл в «непрерывном упрашивании Бога» пропал. Сам Давид объясняет причину своего поста: «кто знает, не помилует ли меня Господь, и дитя останется живо?». Но правда в том, что это и была милость к Давиду.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*