Первые пять печатей

думаю

1 И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри.
2 Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он [как] победоносный, и чтобы победить.
(Откр.6:1,2)

Агнец начинает снимать печати, и параллельно с этим что-то происходит. Почему? Давайте подумаем. Если перед нами «долговая расписка», значит в ней есть запись о долгах. А снятие печатей, это как бы поэтапное освобождение от тех самых долгов. С другой стороны, мы уже поняли, что перед нами храмовое служение в день очищения, проходящее в небесном храме. А это служение началось со времени распятия Иисуса и будет идти до Его финального прихода. То есть, процесс очищения, или, прощения долгов — это и есть история очищения. А раз имеется в виду очищение Храма, то и единственный народ, который к этому всему имеет отношение, это божий народ. А это, в свою очередь все, кто принял Христа.

Итак, каждая печать — это некоторый этап в истории очищения божьего народа. Иначе говоря — история того, что мы привыкли называть церковью.

Первая печать

Итак, Иисус снял первую печать. И вдруг одно из четырех животных произносит: «Иди

и смотри». Но здесь есть проблема. В греческом тексте нет слова «смотри». Там есть «приди». Почему-то мне кажется, это говорится не Иоанну. Потому как в результате действительно кто-то приходит, и это не апостол.

Кроме того, интересно, есть ли связь между «свойствами печати», или тем, кто приходит и типом животного, что объявляет свое «приди»? Давайте попробуем рассмотреть.

Напомню, мы этих животных идентифицировали. Перед нами Серафимы. Каждый из которых наблюдает за определенным миром. И первый серафим был подобен льву. Тут важно. Не его лицо, а он сам, весь. Сам серафим с шестью крыльями был похож на льва. И мы предположили, что данный «надзиратель» наблюдает за миром божьих правителей. То есть, за пророками и апостолами.

Наверное, раз первый серафим похож на льва, а значит, отвечает за божью власть на земле, то и звать он должен того, кто находится в его юрисдикции. То есть, кто-то наделенный Божьей властью. И, соответственно выходит конь белый с всадником на нем. Кони — это мировые события. То есть, то, что происходит по всей вселенной (вселенная — населенная часть земли). Число четыре, как мы уже говорили, еще раз подтверждает то, что это всемирные события. И, кроме того, число соответствует четырем животным. И каждое животное вызывает «своего» коня или всадника. Итак, выходит первый.

И еще одно, возможно здесь есть намек на то, что церковь, как бы, на коне. Что значит, на коне? Это значит, что она еще живая. Когда же начнутся печати без коней, речь о мертвых церквях. Что значит, живая церковь? Кроме того, что, как часто говорят, в такой церкви Есть Бог, есть еще другое объяснение. Она еще как-то влияет на мир вокруг себя. Она еще имеет голос и власть. Церкви без коней — церкви, потерявшие Божий голос.

Всадник имеет лук. Прежде всего, лук, это, если верить пророку Исайи, это оружие, которым Иисус превращает народы в солому (Ис.41:2). Иеремия призывает всех, кто имеет лук стрелять в Вавилон (Иер.50:14). И мы начинаем понимать, что лук, это оружие возмездия, суда.

С другой стороны, лук, это оружие наступательно, не для ближнего боя. Что из всего этого можно вывести. Прежде всего, всадник белый. То есть, это Божьи люди. Почему белый относится к божьим людям? Все просто. Все пророчества говорят о том, что Бог праведников оденет в белые одежды. И здесь факт не только в том, что они имеют какой-то цвет, а в том, что таких одежд нет больше ни у кого. То есть, никто, кроме Бога не может одеть кого-либо в белые одежды.

А раз речь идет о периоде от распятия Христа до Его воскресения, то под божьими людьми подразумеваются христиане. Перед нами первый этап. Первые христиане выходят на арену. Они вооружены. Однако не мечем, что выходит из уст Христа. А мы помним, что мечь здесь — оружие гнева. Христиане выходят как победоносные. То есть, не действительно победоносные, но «как». Иначе говоря, они как бы победоносные. Что это значит? Они думают, что вот уже сейчас, еще немного, и они победят. Они уверены в скорой победе. Потому и ведут себя так, как самоуверенные спортсмены, которые в результате терпят неудачу. На самом деле данная короткая фраза, описывающая первую печать достаточно полно описывает состояние церкви времен Иоанна. И это не только настроение Ефеса, но глобально всей церкви.

Безусловно, никто не говорит, что все церкви поголовно были одинаковы. Но общее настроение было одинаковым.

Вторая печать

3 И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри.
4 И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.
(Откр.6:3,4)

Иисус снимает вторую печать, и мы слышим голос второго серафима. Мы тут же вспоминаем, что второе животное было похоже на тельца. Телец — дорогое животное, которое принималось в жертву. А это значит, что речь о том, что Бог принимает, что Он ценит. Это ценный Божий народ. И если мы понимаем, что печати, это этапы истории, то здесь нам сообщается о новом этапе, где начинается бойня среди ценных божьих людей. Это не апостолы. Они не имеют венцов, они не наделены властью, как первый всадник. Но они — божий народ. И проблема здесь даже не в том, что их кто-то гонит или убивает. А в том, что это делают они сами. То есть, больше проблем божьему народу доставляет сам божий народ, который лишен управления апостолами, которых к тому времени уже нет.

И, судя по всему, это не время первых гонений, это время гонений христиан христианами. Возможно, речь идет о времени правления антихриста, то есть, времени, когда зверь объединяющий в себе светскую и религиозную власти силой подчиняет себе все и вся. Этот зверь завоевывает территории, гонит, мучает и казнит всех, кто ему неугоден, сжигая на кострах, вешая и обезглавливая. Но о звере позже.

Очень красноречиво выглядит «большой меч». В отличии от лука, который является страшным оружием с прицелом на будущее, и предназначенный для нанесения поражения на расстоянии, меч — это оружие ближнего боя. И здесь, возможно, намек на войну со своими. И главная отсылка здесь — меч, выходящий из уст Христа. Прежде всего — это оружие суда. То есть, церковь думает, что судит от имени Христа. И, наконец, уже устоявшийся символ — Слово Божье. Главное оружие — проповедь, убеждение, учение. И то, что он «большой», говорит о его эффективности.

Третья печать

5 И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей.
6 И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай.
(Откр.6:5,6)

Снята третья печать и мы слышим голос третьего серафима. А мы помним, что у него человеческое лицо. Тут важно, что все животные, кроме третьего, похожи на кого-то. То есть, они сами целиком похожи. А у третьего сходство есть лишь с лицом.

Чуть раньше мы предположили, что третье животное, это серафим, надзирающий за обычными людьми, не облеченными какой-либо властью. И они не относятся к божьему народу. Попросту язычники.

Итак, третий этап в истории, как ни странно, связан именно с обычными, невластными людьми. И здесь обнаруживается некоторый голод. Он очень странный. С одной стороны, все, что касается еды, т.е. хлеб и ячмень, проблема, а вот все, что касается масла и вина — никаких ограничений. Я не знаю ничего подобного в истории мира, где голод как-то таким же образом действовал.

Но ведь мы читаем книгу, где почти все выражается символами. Возможно и здесь есть некоторая символика? Вино и елей в современное время — часть храмового служения того, что люди называют церковью. Вино — главный элемент причастия. Елей — необходимая часть помазания. Пшеница же, если и участвует во всем этом, то точно не в виде пшеницы. Но в виде готового продукта. Пшеница же и ячмень — то, что нужно простым людям. Когда-то совсем недавно, люди не покупали хлеб. Они покупали пшеницу. Так дешевле. И уже из нее делали хлеб сами. В то же время, хмельные напитки люди редко покупали в готовом виде, но чаще покупали или выращивали ячмень, и все, что нужно, вырабатывали из него. Можно сказать, что пшеница и ячмень — обычная сторона жизни человека, не наделенного какой-либо властью, а вино и елей — символ обрядового христианства.

Что же мы получаем, мы видим этап христианства, где церковная сторона успешна. Официальная церковь процветает. У нее все хорошо. При этом обычные люди, которых церковь называет прихожанами, имеют существенные проблемы с пропитанием. Особенно «красиво» звучит фраза «не повреждай». То есть, нам, как бы, говорят: «Делай, что хочешь, а святого не трожь!».

Можно предположить, что перед нами эпоха всецелого и безоговорочного авторитета официальной церкви.

Есть еще теория о том, что масло и елей — это символ Духа Святого. И, тогда получаем, что -то время пробуждения. А пшеница и ячмень — настоящее слово Божье. То есть, как будто, Бог действует мощно, а в церкви учение скромное, почти не звучит. В общем, на ваше рассмотрение. Но, почему-то мне кажется, что речь не об этом.

Четвертая печать

7 И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри.
8 И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.
(Откр.6:7,8)

Четвертая печать, и звучит голос четвертого шестикрылого существа. Данное творение похоже на летящего орла. И мы выше предполагали, что это соглядатай светских правителей Земли. И когда надзиратель за земными властями приказал кому-то выйти перед всеми, выходит конь бледный. В греческом слово, которое здесь переведено как «бледный», имеет несколько более интересное значение. Если уж говорить о цвете, а до сих пор речь шла именно об окраске, то данное слово говорит либо о зеленоватом, либо о желтоватом, либо о бледном зеленожелтом цвете. Смесь зеленого и желтого — цвета гниения.

Какое отношение надзиратель за светскими властями имеет к всаднику церкви? Я думаю, связь в том, что теперь церковь — это светская власть. Или, иначе, светская власть и церковь, близнецы братья. Церковь стала светской. Светская власть стала религиозной. А отсюда возникают следующие последствия.

Впервые мы видим имя всадника. Все предыдущие всадники, кажется, не нуждались в представлении. Но теперь, есть острая необходимость объявить имя того, кто управляет этим конем, кто сидит во главе всего происходящего в этот перидо христианской истории. И имя его, в синодальном переводе «смерть».

И тут, как мне кажется, самая большая проблема данного текста. Беда в том, что мы, читая синодальный перевод, не видим того, как изначально все было написано и мы должны кое-что понимать. Перед словом «смерть» в греческом тексте предположительно стоит определенный артикль, по типу английского «the». И это о чем-то говорит. Дело в том, что определенные артикли ставятся при определенных условиях Например, тогда, когда мы говорим о Боге. Определенный артикль здесь указывает на то, что речь о Боге Творце, а не о каком-либо ином боге. Если речь солнце, то, чтобы отделить звезду, которая светит нам днем, перед словом «солнце» ставится определенный артикль, чтобы показать, что это не какое-нибудь, а именно то самое солнце.

Итак, здесь во многих копиях нового завета перед словом «смерть» стоит греческий определенный артикль. И это должно нас подтолкнуть к пониманию, что речь идет не о смерти в общем понимании, а о какой-то такой, которая в единственном числе, и другой такой нет. Как солнце, или луна или Бог. И тогда мы читаем по гречески, что же там за слово? И это слово «Танатон», производное от «Танатас». И артикль нам намекает на то, что речь не о смерти, как финале жизни, а о греческом языческом боге Танатосе.

Возможно, пока не ясно, что тут делает греческое божество, станет яснее чуть позже. Итак, имя всаднику — Танатас. А кто же следовал за ним? А за ним следовал «Гадес», он же «Аид», он же божество царства мертвых. Опять языческое божество! Непонятно? А давайте теперь разбираться.

Мы понимаем, что кони, которых четыре, это церкви по всему Миру. Первый всадник, кстати, единственный с короной (венец), это церковь времен апостола Иоанна. Затем ее сменяет церковь «рыжая» или «огненная», которой дано взять мир с Земли. Третья черная церковь. Благодаря действию этой церкви все, что церковное, становится святым, а жизнь людей ничего не стоит.

И вот последняя всемирная церковь — церковь, где правит язычество. В церкви верят в то, во что верили язычники, верят в мифы, сказки, сочинения философов.

Здесь интересно еще одна вещь. Если вспомнить про Даниила, то одни и те же геополитические образования у него отображались разными животными. Если нужно было показать на него как на государство, было одно существо, а как на что-то связанное с Божьим взглядом, другое. С позиции язычника, Новуходоносора, так, вообще, части тела.

Но здесь важно то, что животные отображали именно геополитические образования. Отсюда и их образы. У Иоанна церкви изображены как стихии, как события, так как кони у пророков изображают именно всемирные события. Смотрите. Конь — никак не соотносится ни с храмом, ни с каким-либо богослужебным обрядом. Так же он не имеет отношения к какой-то конкретной гиральдике, как, например, Лев с крыльями орла для Вавилонской империи.

Иисус, как бы, дистанцируется от этих коней и всадников. Давайте еще более внимательно. У нас есть кони, то бишь всемирные (с Библейской точки зрения) события. И есть всадники, то есть те, кто управляет этими событиями, кто виновен в них. То есть, христиане здесь выставлены причиной неких событий.

Последний всадник, христиане языческого толка, иначе говоря, церковь с языческим менталитетом и мировоззрением, выводит на арену Мира некое событие. Давайте посмотрим, как оно описывается.

И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.
(Откр.6:8)

Прежде всего, он имеет власть над четвертой частью земли. То есть событие Мирового масштаба, однако, можно воздать славу Богу, власть этой церкви не над всеми и не везде. Только четверть земли.

Теперь можно вспомнить, что у нас есть параллель. Первый всадник, как мы и говорили, это период действия Ефесской церкви. Рыжий всадник — это период Смирнской церкви, когда, как мы видели, настоящая церковь переносит гонения, в которых отчасти виновны некие другие христиане, которые заигрывают с властью.

Третий всадник — это время Пергамской церкви, где в церковь начинают входить ереси. Сами же христиане превратились в стонущий и оправдывающих себя людей. Действительно, разве можно жить в таких условиях!

И вот, четвертый всадник, где язычество правит всем и вся. Здесь совсем не осталось божьего слова. Сплошная философия и мифы. И это время Фиатиры. Здесь Иезавель учит и никто ей не мешает. Среди этих христиан еще есть те, кто «не знает глубин сатанинских». Однако обратите внимание, в Пергамской церкви ересь лишь входила. Она была среди христиан. Теперь христиане среди ереси. И единственное, чего от них ждет Иисус: «…что имеете, держите, пока приду».

Печать пятая

9 И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели.
10 И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?
11 И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.
(Откр.6:9-11)

 

Как мы видим, больше нет никакого всадника. Кони кончились, как и сферы ответственности «глазастых» Серафимов. Что же предстает пред наши очи? А видим следующиее. Прежде всего, мы видим жертвенник. И, каждый, знающий устройство и порядок службы в Иерусалимском храме, тут же вспоминает здоровущий помост. Левитов, которые орудуя ножем режут жертвенных животных, а кровь (!) сливает рядом с жертвенником. То есть, кровь оказывается «под жретвенником». А где душа животных? И опять же каждый, читавший Писания, знает, что душа в крови. А тот, кто хоть немного знаком с более внимательным исследованием, знает, что фраза, которая в русском синодальном переводе звучит как «душа в крови», в оригинале звучит как «душа, это кровь».

Я понимаю, что данный пассаж несколько не вяжется с представлением современных верующих о душе, но ничего с этим поделать не могу. Даже извиняться не буду.

Итак, душа — это кровь. В откровении мы только что прочли, что Иоанн увидел «души убиенных» находятся под жертвенником. И всем знающим Писание евреям сразу становится понятно, что речь о крови. Тем более. Что в Библии так же есть фразы Бога, типа: «Кровь их вопиет от земли».

Итак, мы не видим самих убитых за слово о Христе. Мы видим кровь. И каким-то образом Иоанн понимает, чья это кровь. И, смысл здесь предельно прозрачный. Как и во многих других местах Писания, где Бог говорит о крови, которая вопиет к нему, так и здесь, мы видим, как кровь убитых за слово о Христе вопиет к Богу. Никакого разговора здесь о буквальных душах, которые где-то там лежат, нет.

Если мы смотрим в перспективе всего прочитанного, то с очевидностью понимаем, что кровь убитых за слово Божье пролита по вине самой церкви. То есть, вот эти все всадники, что были прежде, пролили кровь верующих. Точно так же, как когда-то Израиль избивал и убивал пророков. Народ божий, взлелеянный Богом, становится врагом Богу. И кровь вопиет именно об отмщении им, тем, кто называя себя братом, стал антихристом. Именно об этой новой «церкви» говорит в своем послании Иоанн, сообщая, что много уже появилось антихристов.

Таким образом постепенно вырисовывается образ антихриста. И мы понимаем, что нет у Бога большего врага, чем враг, называющий себя христовым именем.

Но вернемся к воплю крови и Божьему ответу. Кровь убитых за слово Божье и за свидетельство, которое они имели, кричит следующее: «Доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?».

Что отвечает Бог? Бог, прежде всего дает им одежды белые. Затем говорит им, «чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братия их, которые будут убиты, как и они, дополнят число».

И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.
(Откр.6:11)

Давайте разбираться по шагам. Прежде всего, поговорим об одежде. Да, все современные грамотные христиане знают, что одежды белые, это праведность. Обратим еще раз на некоторые моменты внимание. Прежде всего, эти одежды даны. Даны извне, то есть, Богом. Души убиенных не купили одежду, не сшили, не заслужили, не выменяли. Одежда им дана. Это крайне важно. Не по их делам, но чтобы их успокоить на некоторое время. Да и вообще, нигде в текстах Писания нет намека на то, что человек сам может сделать или достать себе эту белую одежду. Она всегда дается Богом или Его Сыном.

Второе, мы знаем, что это праведность перед Богом. Но есть еще один момент. Это, так же, праведность, перед людьми. Богу, если честно, наша одежда не интересна. Он нас знает как «облупленных». Ничего не может скрыться от его взгляда. И вся наша праведность для него, как (!) одежды запачканные. Я не зря выделил слово «как». Конечно же, для него не существует никакой одежды. Тогда зачем Он дает ее? А тут внимание! Одежда — это атрибут важный исключительно для человека. Все наши домыслы о том, что Богу она каким-то образом важна, глупости. Одежда всегда дается людям и для людей.

К чему я все это говорю. А вот к чему. Пятый этап в истории, это этап, когда начинается реабилитация тех, кого казнила та антихристианская церковь. Наступило время, когда церковь потеряла ту, былую власть. И на сцену вышла история о мучениках. Мучениках не столько от тиранов императоров, сколько от церкви. Думаю, понятно, о каком периоде идет речь.

Все, кого обвиняли в ереси, колдовстве, сжигали на кострах и прочее, оказываются невиновными. И, наоборот, именно церковь, точнее то существо, которое себя называет церковью получает смертельню рану, которая, забегая вперед, позже исцелела.

Это соответствует пятой церкви из посланий семи церквям. Речь о Сардисской церкви. Она мертва. Все, что она может делать, усугублять свое положение. Как говорится в тексте «утверждать прочее близкое к смерти».

Именно в отношении этой церкви сказано, что Бог побеждающим даст белые одежды.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.