Римлянам 8:12-28

думаю

12 Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти;
13 ибо если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете.
(Рим.8:12,13)

 

 

Павел подводит очередной промежуточный итог своих наставлений. И вот его вывод – мы ничего плоти не должны. Значит, и не обязаны жить в совете с нею. Более того, если мы продолжим жить под ее руководством, то умрем. И, наоборот, если своим духом (не Божьим), то есть упорством в игнорировании, находясь в благодарении Богу и опираясь на Его благодать, будем уничтожать плоть (животный дух), то будем живы. И подчеркивая свои слова, Павел говорит известную многим фразу:

14 Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии.
(Рим.8:14)

Как мы видим, здесь под водительством Духом Божьим, если учесть контекст послания, подразумевается «умерщвление» плоти. А это значит, что водительство Духом не имеет отношения к жизни под мистическими приказами свыше, где каждый шаг сверяется с некоей высшей волей, изданной в небесном указе, и озвученной пророчеством. Водительство – это движение духа в нашем сердце, которое мы воспринимаем так же как свои желания. И поступая по этим святым своим желаниям, убиваем желания плоти, умерщвляем ее. И вот вывод. Если мы так поступаем, если мы воюем с плотью именно так, то мы действительно «сыны Божии».

15 Потому что вы не приняли духа рабства, [чтобы] опять [жить] в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!»
(Рим.8:15)

То есть, мы приняли не тот  дух, который нас пугает, требует, приказывает и бьет, если не слушаемся, но Дух который вызывает у нас только то, что вызывает любящий отец у любимого сына. И поэтому мы не прячемся, не страшимся, а желаем, стремимся, хотим быть с Ним, и сделать что угодно, чтобы Ему понравилось. И наш дух не заставляет нас говорить: «О, мой господин, только не по почкам»,- но вызывает лишь один крик: «Дорогой, любимый Папочка!». И именно этот дух говорит нам, что мы дети Божьи. Это признак нашего усыновления.

16 Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии.
(Рим.8:16)

Так вот. Я сейчас скажу что-то очень жестокое, для кого-то. Если в твоем сердце нет этого крика – ты еще не рожден. Если же в твоем духе есть что-то от этого крика, от этого желания обнять любимого Папу, положить Ему на грудь свою голову, почувствовать его тяжелую любящую ладонь у себя на плече, то, все с рождением в порядке. Как мы понимаем, это нам говорит ни о чем иным, кроме личного общения. Это особые отношения. Это отношения не Бога и человека, но папы и сынули. И это, по словам Павла, достаточное свидетельство нашего сыновства.

17 А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться.
(Рим.8:17)

Да, вывод Павла прост и логичен. Если мы дети, то и наследники. И Павел поясняет, если мы наследники Божьи, то в отношении Христа, внимание, СО-наследники. Вот это «СО» указывает на то, что Бог нас уравнял в «правах» со Своим Сыном. Правда есть условие. И это условие уже в течение этого послания оговаривалось. Вот оно: «Если только с Ним страдаем».

Помните? Павел говорил о «подобии» смерти Христовой? Это когда мы игнорируем плоть, противостоя всем ее козням. И в этот момент мы оказываемся своей плотью (животным духом) на кресте. И плоть умирает вместе с телом Христовым. Вот это состояние страдания, когда не я страдаю, но плоть моя вопит ко мне о пощаде или с угрозами. Когда все ее сообщники давят на меня извне, чтобы заставить меня отреагировать на этот зов. И страдания плоти я переживаю как свои, потому что она страдает во мне. И все же, это не я, а плоть. Итак, если мы так с Ним (Христом) страдаем, то мы наследники. И тогда мы СО-наследуем Его славу.

18 Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас.
(Рим.8:18)

Может быть я не прав, но мне рисуется, как Павел обращается к Римлянам, которые говорят, что противостоять плоти очень сложно, страшно и т.д. Им в ответ Павел говорит: «Да вы что! Вы только подумайте, что вы получите в результате победы! Разве может сравниться с этим ваше страдание, даже самое сложное. Ведь то, что откроется, покроет все, буквально все мучения и ожидания. Окупится сторицей!». Ведь «слава», это не совсем то, что мы сегодня понимаем под этим словом.

Слава (докса – 1391): 1.блеск, сияние, яркость; 2.слава, честь, велиие;  Такие варианты нам предлагает мистер Стронг с библией Короля Иакова. А вот, что предлагают древние греки:

  • Мнение, представление – Аристотель, Пиндар, Софокл, Платон (по моему мнению), Аристотель (общепринятые мнения), Ксенофонт (производить впечатление чего-либо, внушать мысль о чем-либо), Геродот (они представляли себе, что Самос находится на таком же расстоянии (от них), что и Геракловы столпы;
  • Ожидание, чаяние, расчет – Геродот, Платон (против или сверх ожидания), Геродот (обмануться в своих расчетах), Гомер (не хуже, чем ожидалось, то есть неплохой);
  • Плод воображения, видение, призрак – Эсхил, Платон, Эврипид;
  • Филос. мнение, мнимое знание – Платон, Аристотель, Секст;
  • Намерение, решение, замысел – Эврипид;
  • Редко (мн.ч) слава, имя, репутация – Плутарх, Демосфен, Эврипид и Сократ (славиться чем-либо), Полибий и Диодор (прославиться чем-либо), Эврипид (стяжать себе славу), Платон (они слыли непобедимыми), Демосфен (ставить славу выше жизни), Плутарх (они считались потомками богов).
  • Блеск, сияние, яркость – Новый Завет.
  • Мн.ч. высшие власти – Новый Завет.

Последние два варианта можно принять с большой натяжкой. Я вообще стал относиться к переводам Нового Завета с большим недоверием. Почему? Да потому, что именно Новый Завет подвергается атакам разного рода. Именно Новый Завет вне закона для сего мира. И именно Новый Завет имеет больше всего непонятного для переводчиков. В результате переводчики встречаются с невыполнимой задачей для любого человека. Переводит православный, он будет переводить не то, что написано, а то, чему он научен через православную теологию. Переводит баптист, через теологию баптистов. Пятидесятник – через свою.  И каждая теология настаивает на истинность. Но ни у одной теологии нет полного ответа, а признаться в этом не может никто. Такого отношения, достигшего подобного накала, нет ни к одному другом тексту. Поэтому и отношение к переводам недоверчивое.

Итак, что же мы получаем, проанализировав слово «слава»? Слава – это мнение созданное личностью о себе. Это то, чего ожидают окружающие от «прославившегося» человека. Это реализация замысла в жизни. Это то, что видят окружающие.

И вот это все откроется в нас, все это мы унаследуем. И это не наше, но Божье. Это не человеческое, но Бого-человеческое. И, конечно же, нам очень любопытно, что же это за слава такая. И на это Павел дает ответ.

19 Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих,
20 потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде,
21 что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих.
(Рим.8:19-21)

В 19м стихе Павел говорит, что творение, то есть все, что не люди, «с надеждою ожидает». Вот это «с надеждою ожидает» в греческом одно слово, означающее упорное, напряженное ожидание. И чего же так упорно и напряженно ожидает все творение. Если мы помним, то человек, по определению, властелин творения Божьего. Так вот, все, что нам починено, все, что зависит от нас, все, и животные и леса и даже сама планета вместе со стихиями, все это упорно и напряженно ожидает одного. Когда же, наконец, они смогут увидеть настоящих детей Божьих. То есть тех, кто придет и наведет порядок, уберет смерть, поставит на место плоть и освободит безмолвное творение от рабства смерти. Потому что природа стала подчиняться смерти благодаря человеку, т.е. тому, кто должен ею властвовать и довластвовался до того, что все разваливается и страдает. И творение с нетерпением ожидает, когда же люди вернутся к своему призванию и, наконец, начнут делать то, что должны и так как нужно.

22 Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне;
23 и не только [она], но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего.
(Рим.8:22,23)

И вот что говорит Павел. Дело в том, что мы часто ставим первоапостольскую церковь в пример, думая, что там было все правильно. Так вот, если бы там было все правильно, то 22-й стих не мог бы появиться. Но он есть, и это указывает на обратное. Если бы первые христиане соответствовали тому, чему учит Иисус, то сегодня бы все творение радовалось и пело Богу псалмы. Однако оно еще мучится и стенает. И не только это. Оказывается, что и мы (и Павел и все остальные христиане) мучаемся. Почему? Потому что кое-что еще не доведено до конца. А именно, наше тело, как часть «совокупного творения», точно так же ожидает, когда же, наконец, ее хозяин откроется как Сын Божий. Когда же, наконец, этот ее хозяин, возьмет власть данную Богом в свои руки и наведет порядок. Когда же этот «святой» наведет порядок и прогонит от тела всякий намек на власть плоти и освободит его (тело) от смерти.

И вот возникает вопрос. До сих пор ни о каком выкупе речи не шло. Иисус распят нашей яростью и грехами. И Своей Смертью Иисус погасил наш гнев на Бога. Бог заплатил нам за наше заблуждение и примирил нас с Собой. Потом Бог воскресил Иисуса, чтобы снять с нас обвинение за смерть Своего Сына, чем оправдал наш грех. А перед этим Иисус победил в честном бою плоть. И это была драка, а не купля продажа. О каком же искуплении говорит Павел. Причем не только искуплении, но и усыновлении тела.

Что такое тело? Тело – это творение. Что такое плоть? Плоть – это животный дух, близкий по смыслу с эгоизмом и желанием покоя. Плоть – это дух сатаны или дьявола. Тело – творение Божье, подчиненное человеку.

Теперь, все, что сделал Иисус – это дело освобождения человека, как царя, и его возвращение в тронный зал со всеми регалиями. Но все это не имеет прямого отношения к телу. Я не тело, я дух. Теперь плоть, теряя власть над человеком, сохраняет свою власть над телом. Далее от нас зависит, что мы будем делать со своей властью. Итак, мы, как дух, спасены, освобождены от власти плоти. Но при этом, как говорит Павел, в «членах моих» обнаруживаю наличие плоти. Я свободен, а тело еще нет. Далее. Я начинаю игнорировать советы плоти и командовать телом. Тело начинает повиноваться мне и, повинуясь мне, сопротивляться плоти. И это приносит некое страдание «совокупное стенание и мучение».  Я, конечно же, переживаю все это. Но, побеждая плоть, мы освобождаем тело. Мы, удерживая свою волю, делаем тело свободным. И опять мы не находим никакого искупления. Даже прочитав несколько стихов дальше, тоже не находим никакого намека на выкуп. Что же это за «искупление»? И единственный ответ здесь – освобождение не за выкуп, а в результате того, что кто-то что-то платит.  Это не плата кому-то. Будто человек должен заплатить плоти, чтобы та освободила тело. Нет. Но человеку нужно что-то понести, что-то сделать. То есть образно «заплатить цену». Это не значит, что кто-то кому-то платит. Никто и никому. Но в драке, каждый что-то тратит. Каждый чем-то платит за победу. Вот об этом и идет речь.

Итак, чтобы наше тело освободилось, нам, как  царям, обладающим властью нужно чем-то жертвовать, т.е. что-то платить. Может быть это время, может быть это силы, может быть страдание, может быть еще что-то.

Для нашего усыновления Иисус заплатил Свою цену. Он был в пустыне и одержал верх, потом распял плоть Своим телом. Все это цена нашей свободы. Кому Он платил? Да никому! Он дрался. Теперь, мы, получившие свободу духа и власть, осталось немного. Воспользовавшись всеми этими благами и настоять на своем в освобождении тела. Вот где мы платим. И опять же, возвращаясь к объяснению того же Павла, мы это делаем тогда, когда стоим на своем до победы.

Вот еще одно. Что такое «начаток Духа». Некоторые так и говорят: «Мы имеем не всего Бога, а только начаток». Может быть они правы? Давайте посмотрим, что же написал Павел.

Начаток(536): начаток, первый сбор или лучшая доля (плодов).

Вот что объясняют нам древние:

  • Предварительно жертвоприношение  (состоявшее в том, что сжигался пучок волос со лба животного) – Эврипид.
  • Первинки, первый сбор (плодов) или лучшая доля – Геродот, Софокл, Фукидид, Исей;
  • Начатки, начала, основы – Эврипид, Платон, Плутарх;

Итак, что же мы видим? Если воспринимать первый вариант, то получаем следующее. Мы в себе имеем не всю жертву, а лишь некий намек. Жертву не смертью, а лишь ее подобием. Если принять второе значение, то получим иное. Мы в себе имеем самое лучшее от Духа. Если третье, то оказывается, что то, что мы имеем – это достаточное основание, то с чего можно начинать и с чего начинать правильно. В любом случае речи не идет о каком-то недостатке. Наоборот. Все три значения говорят о достаточности. Больше  не нужно ничего. И дело не в том, имеем мы всего Иисуса внутри себя или «начаток», а то, что то, что в нас более чем достаточная мера для полноценной жизни во власти.

24 Ибо мы спасены в надежде. Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо если кто видит, то чего ему и надеяться?
25 Но когда надеемся того, чего не видим, тогда ожидаем в терпении.
(Рим.8:24,25)

Двадцать четвертый стих говорит, что мы спасены в надежде. В переводе слово «надежда» стоит в Дательном падеже. В древнем греческом тексте это слово тоже стоит в дательном падеже. Но вот проблема. В русском языке, дательный падеж  отвечает на вопрос «Кому?». А в древнем греческом языке дательный отвечает на несколько вопросов  — «кому?» ( чему? ), «для кого?» (чего?),  «чем?» (с кем). А это значит, что на русский это слово можно перевести и как «надежде», и как «надежды», и как «надеждой».

Если бы в тексте был предлог, это облегчило бы нам задачу. Но проблема в том, что в греческом тексте нет никакого предлога. И в чистом виде текст получается следующим:

24 Ведь надеждой мы спасены…
(Рим.8:24а)

Итак. Павел уже показал как происходит «искупление» тела. И тут же он поясняет. Действие искупления не происходит видимым образом. Не все сразу ясно и понятно. Игнорируя плоть мы не видим сразу результата. Но мы спасены не результатом, а надеждой. А это значит, что если мы видим результат тут же, сразу, то это уже не надежда. И, наоборот, если мы надеемся, то оказываемся в положении ожидания. Плоть требует, мы игнорируем, плоть продолжает требовать, мы ожидаем победы. И это длится столько, сколько нужно. Никто никогда не знает, сколь долго будет длиться эта дуэль. Но победа возможна только если стоять на своем. А это и есть терпение. Потому что терпение по-библейски – это стойкость, это активная позиция, а не пассивная. Если я терплю, я стою не отступая. Я не бездействую, я сопротивляюсь. Когда люди меряются силой в армреслинге, оба в напряжении, хотя может показаться, что ничего не меняется. Руки могут не двигаться какое-то время. Но стабильное положение рук говорит лишь об одном. Кто-то оказался достаточно силен, чтобы не сдаться.

Но наша драка с плотью, наше «подобие» смерти облегчено не только тем, что мы не оказываемся в самой смерти, а лишь в ее подобии, а еще и тем, что нам на помощь приходит Дух Святой.

26 Также и Дух подкрепляет нас в немощах наших; ибо мы не знаем, о чем молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными.
27 Испытующий же сердца знает, какая мысль у Духа, потому что Он ходатайствует за святых по [воле] Божией.
(Рим.8:26,27)

Первое, что хочется сказать. Прекратите притягивать это место писания к молитве на языках. Ни о каких языках в этом послании не идет речи ВООБЩЕ! Кроме того, разве вы не видите, что «воздыхания», о которых идет речь «неизреченные». Что такое «неизреченные»?

Неизреченные (215): неизреченный, невыразимый, непередаваемый;

Или вот, что говорят древние:

  • Невыразимый, несказанный – Палатинская Антология (тайны).

Скажите, когда вы молитесь на языках, вы произносите что-то? Ответ – да. Если вы произносите, значит выражаете, изрекаете. Так как же можно изрекать «неизреченное»? Как можно выражать «невыразимое»? И не надо говорить, что когда вы молитесь, то не понимаете. Речь не о понимании. Если бы об этом говорилось, то так Павел и сказал бы: «Дух ходатайствует за нас воздыханиями непонятными».  Но Павел не сказал «непонятными», но «неизреченными». То есть Дух ходатайствует за нас так, что мы не только не понимаем, но и не слышим. Это не язык совсем.

Однако Дух «подкрепляет нас». Как же это происходит? Оказывается, вообще не имеет значения, как мы молимся и молимся ли вообще. Дух в нас в любом случае делает свою работу, если только мы погружаемся «в подобие смерти Христовой». Итак, если мы страдаем за Христа, то Дух вообще не обращает внимания на то, как мы молимся, Он Сам начинает свою работу. Дело в том, что слово «воздыхания», с древнего греческого языка переведено не очень хорошо. Древние это слово используют в значении «стенания». То есть плача, вопля, моления, крика о помощи. Итак, что же мы получаем?

26 Так же и Дух сотрудничает с нашей немощью; ведь что просить и как мы не знаем, но Сам Дух заступается стонами (воплями) невыразимыми;
(Рим.8:26)

Итак, как Он это делает, мы не знаем. Мы даже не слышим и потому не осознаем этого. Это не молитва на языках. И что же делает Бог? Дух в нас – это Дух Божий. А теперь внимание. Дух Божий – это Его сердце. Дух Божий говорит устами Божьими. Дух Божий переживает чувствами Божьими. То есть Бог не слушает Дух, будто он где-то. Нет. Бог слушает дух в Себе. То, что чувствует Дух, то и чувствует Бог. Если Его дух плачет, то плачет Бог. И Богу не нужно приклонять ухо, он Сам есть Дух. И по этому Духу в нас не нужно кричать в Небо, Он просто плачет, заставляя плакать Бога.

27 Испытующий же сердца знает, какая мысль у Духа, потому что Он ходатайствует за святых по [воле] Божией.
(Рим.8:27)

Вы уже знаете, что слово, заключенное в квадратные скобки в большинстве копий отсутствует. Но его оставляют здесь, считая, что такое слово не портит смысла. Однако, мы точно знаем, если слово не встречается в большинстве копий, значит это слово появилось позже и было в текстах не изначально. Какой –то переписчик попытался «истолковать» текст, добавив слово. Но так же мы точно знаем, что уже во втором веке христиане переврали Евангелие до неузнаваемости. Так что мы жестко отсеиваем все добавки такого рода. И вот что получаем: «Дух ходатайствует за святых по Богу». А это как раз и есть то, о чем я пояснял выше. Дух плачет прямо в Боге. И Бог переживает этот плач прямо внутри Себя. Это становится Его плачем, Его стенанием, Его воздыханиями. Вот почему от нас не требуется ничего говорить в этой ситуации. Но и это еще не все. Мало того, что наши страдания далеки от Христовых, мало того, что Дух плачет прямо в утробе Божьей, есть и еще одно ободрение:

28 Притом знаем, что любящим Бога, призванным по [Его] изволению, все содействует ко благу.
(Рим.8:28)

Вот это слово «притом» указывает, что это относится все к той же теме. Итак. Наши страдания не идут ни в какое сравнение со страданиями Иисуса. Немного потерпев, мы получим нечто столь великолепное, что нам даже трудно представить, третье, Дух плачет прямо в сердце Бога, поэтому Бог с самого начала наших страданий оказывается на нашей стороне. И, наконец, что бы мы не испытывали, результат всегда (!) благо для нас.

Римлянам 8:12-28: 3 комментария

    • Спасибо, Дима. Хорошо, что есть братья, что заметят и подскажут. smile Благословений!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*