Иоанн о молитве

Мы уже много чего прошли. Нашли, что слово, которое обычно используется в Новом Завете в качестве идентификатора молитвы, не является, по сути, молитвой в обычном ее представлении. Нет, конечно, молитвой мы можем назвать вообще, что угодно. Но в том смысле, как мы привыкли понимать данное слово, это слово не подходит. Другими словами, то, что нам выдают за молитву, является действием власти, когда касается кого-то кроме себя самого. В то же время, если то, что мы называли молитвой обращено к самому себе, то, опять же, это не молитва, но принятие каких-то серьезных, как модно говорить, судьбоносных решений в своей жизни. В первом случае — это участь исключительно тех, кому Иисус доверил Царство Божье. Во втором случае — для любого верующего человека, верующего в Бога и Его Сына Иисуса, не получившего еще своего наследия.

Но если все так, то где, в общем-то, молитва? А, забыл. Разговор с Богом не называется молитвой вообще никогда и нигде в Библии (из того, что мы прочли). Если человек разговаривает с Богом, то он просто разговаривает с Богом, но это не молитва. Так что же такое молитва для простого христианина? Вопрос все еще висит.

И следующую отсылку к слову однокоренному тому, что мы исследуем, мы находим у Иоанна в первом его послании.

Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и [Бог] даст ему жизнь, [то есть] согрешающему [грехом] не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился.
(1Иоан.5:16)

Возможно, вы решили, что я опять начну сейчас разбор всего послания. Нет, не буду. Знаете почему? Потому что здесь стоит слово, которое не имеет явной религиозной окраски. Это слово употребляется не только и не столько в отношении Бога, сколько в отношении людей. И означает  оно простое «попросит».  Супер! Никто не спорит с тем, что у Бога можно что-то просить? Но зачем простое и понятное слово «просить» заменять напыщенным, ничего не значащим словом «молитва». Что такое попросить, я знаю. Если мне что-то нужно, я просто подхожу к тому, от кого мне это нужно и прошу. Я его не умоляю, не падаю перед ним на колени, не бью поклоны. Ничего подобного нет. Я просто попрошу. Иоанн так и говорит. Причем он начинает чуть раньше. Еще с 14го стиха он заявляет:

И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас.
(1Иоан.5:14)

Иоанн говорит, что они — апостолы, а не все остальные, имеют дерзновение. То есть, когда с трибуны всем говорят, что мы с вами имеем такое дерзновение, человек на трибуне искренне заблуждается и вводит в заблуждение слушающих. Но апостолы имеют такое дерзновение, читай, наглость. Они до такой степени обнаглели, что просто уверены, чего бы они не попросили, получают. И это не усилие веры, не учение — это апостолы в хлам обнаглевшие. И Иоанн хвалится тем, что может так нахально чего-то просить и получать просимое.

А вот вторую часть предложения мы часто не понимаем. Смотрите, здесь местоимение «его» является переводом древнего греческого слова, которое больше обозначает «его самого». Другими словами, не мы просим по воле Его, как будто мы узнаем его волю и начинаем просить в соответствии с Его волей. Но тогда, когда мы (в данном случае апостолы) просим Его, то Он по собственной воле слушает нас. То есть, апостолы обнаглели в край не потому, что они такие хамы или не воспитанные ребята. Но потому, что Сам Бог хочет их слушать. И они это знают.

Итак, они знают точно, что Бог хочет их слушать и слушает их. Отсюда Иоанн делает следующий вывод.

А когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы ни просили, — знаем и то, что получаем просимое от Него.
(1Иоан.5:15)

То есть, ребята дважды обнаглели (имеют дерзновение). Во-первых, они точно знают, что Бог хочет их слушать и потому слушает. Во-вторых, они знают, что раз Он хочет их слушать, значит хочет и исполнять, что Он и делает. Вот позиция апостолов. Обратите внимание, апостол не говорит здесь, что Бог слушает их, когда они молятся, когда поют речетативы, падают на колени или что-то еще в том же духе. Он говорит о простой вещи. Если им, апостолам что-то хочется, даже без учета Божьей воли, они просто обращаются к Богу с просьбой и Он исполняет их желание. Все! Где тут молитва? Нету. Где тут какая-либо форма религиозного исполнения? Нету. Есть две личности. Бог и апостол. И все происходит точно так же, как происходит между обычными людьми. Но Иоанн не называет это молитвой. То есть, у него нет «молитвенного» отношения к такому действию.

И я сильно подозреваю, что Иоанн именно  на  это делает акцент. Но… видимо мне не обойти необходимость разбора всего послания… Смиряюсь.

Итак, начинаем с начала послания. Вот первые стихи.

1 О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове жизни, —
2 ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетельствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь, которая была у Отца и явилась нам, —
3 о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами: а наше общение — с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом.
(1Иоан.1:1-3)

Хочу начать с конца. В третьем стихе Иоанн говорит, что все, что он «возвещает», он говорит по определенной причине. И она звучит так: «…чтобы и вы имели общение с нами». И если для кого-то данное заявление ничего особенного не значит, то для меня оно говорит о большой проблеме. Если апостолы в лице Иоанна обращаются к каким-то ребятам буквально для того, чтобы они «имели общение с ними», значит, у них нет этого общения. То есть, есть причина, которая не дает тем ребятам общаться с апостолами.

Да, да. Я не ошибаюсь здесь. Христиане не хотят общаться с апостолами. Тогда как апостолы хотят и даже в лице Иоанна шлют им «привет». Итак, мы поставили себе пометку о том, что христиане, к которым обращается Иоанн, не хотят общаться с Христовыми посланниками. И это, как вы понимаете, только первый век.

Но в чем причина такого нежелания? Как мы видим все в том же обращении Иоанна, что они, апостолы для того, чтобы ребята «вернулись в беседу» что-то им возвещают. Давайте посмотрим, что именно говорят посланные.  И здесь мы возвращаемся обратно к началу. Смотрите, Иоанн ставит акцент на том, что они, апостолы, говорят не что-нибудь, не теории, как я, не домыслы, опять же, как я, но то, что они видели сами.

Иоанн так и говорит, что возвещает то, что было с самого начала. Тут, кстати, некоторые думают, что речь о сотворении. Но я думаю, речь о начале их «карьеры». О том, как они встретились с Иисусом, как развивались их отношения и т.д.. Он сам об этом и говорит, что они возвещают то, что слышали, что видели своими глазами (стих 1). Они не просто видели. Действительно, мало ли, что я мельком мог увидеть и напридумывать себе. Нет, он говорит, что они не просто видели, они рассматривали. И не просто рассматривали. Они «осязали своими руками». То есть, трогали, щупали. Надо было для самых упертых еще добавить, что они нюхали и пробовали на зуб. Может тогда помогло бы. Потому что, видимо, не помогло.

И все то, что они видели, что слышали и осязали своими руками, все это и есть Слово жизни. Во втором стихе Иоанн сообщает еще одну подробность. Он говорит, что жизнь явилась. Вы тоже думаете, что Иоанн здесь весь из себя поэтически настроен? И называет Христа, которого он трогал, слушал и с Кем он разговаривал, так и называет «Слово жизни»? И да, и нет.

То есть, Словом жизни Иоанн действительно называет Иисуса. Но не потому, что он настроен возвышенно и хочет назвать Иисуса как-то возвышенно. Но потому, что он говорит об Иисусе, который явил Себя уже не как человек, а как жизнь. То есть. Было время, когда Он Себя еще не являл таким образом. Нет, конечно, он исцелял, изгонял бесов и многое другое. Но явление жизни апостолам произошло в день пятидесятницы. До этого они знали Иисуса Мессию, Того, кто должен воссесть на трон, который их учил и ел с ними пищу. И до последнего момента они не воспринимали Его никак, кроме учителя от Бога. Но в пятидесятницу Он пришел к ним иначе. Он явил апостолам себя как жизнь. До этого Он говорил о Себе: «Я есть путь истина и жизнь». А теперь явил, показал, читай доказал.

Теперь, когда Он так себя им явил, они о Нем знают как о жизни, которую и раньше они слышали, видели и осязали своими руками, но не осознавали всего величия. И Иоанн хочет донести до адресата именно эту Его сторону. Не человеческую, небесную, которая до того была с ними в таком «неявном» виде. Итак, они, апостолы, знают жизнь вечную в лицо.

Именно эту жизнь, которую они видели, и свидетельствуют о ней, о жизни, которая ходила с ними 3 года телесно. И именно эту жизнь они хотят своим читателям возвестить. Еще раз. Он акцентирует здесь внимание не на человеческой стороне Иисуса, а на божественной. Поэтому он еще раз повторяет, видимо опасаясь, что его не поймут, что он сейчас будет говорит о жизни, которая была у Отца и явилась им. Только им. Почему такое странное разделение? Почему бы просто еще раз не рассказать о жизни Иисуса и всем том, что Он делал и делает? Думаю, в причинах такого выделения темы мы позже разберемся. Подозреваю, что речь о появившемся тогда еще учении, что Иисус не ходил в теле, а все это было лишь «видение». Такое учение не спорит о том, что Иисус жизнь, но утверждает, что Бог лишь явил себя в образе человека, но не был человеком. Может быть, отсюда и такое странное начало Иоанна. Мол, давайте говорить на вашем языке. Ту самую жизнь, о которой вы говорите, что она не приходила в физическом теле, мы, Его апостолы трогали, слышали и видели. И не просто видели, но внимательно рассматривали, ощупывали. Но, так это или нет, увидим, наверное.

Итак, с самого первого стиха апостол заявляет, что тот, о ком подопечные Иоанна считают, будто он был только духом, был настоящим, и апостолы тому свидетели. И пишут они для того, чтобы восстановить некоторую цепочку. И тут снова так ненавистный некоторым принцип переподчинения. То бишь, иерархия. Ваня озвучивает это так: «Ребята, мы, апостолы, хотим, чтобы вы снова начали общаться с нами, потому что у нас кое-что есть, чего нет у вас. У нас есть общение с Отцом и его Сыном. Хотите? Давайте дружить».  Отсюда я делаю простой вывод. У христиан первого века, у тех, кто уверовал во Христа, у тех, кто был, как сегодня учат, рожден свыше, не было того, что было у апостолов. И дело даже не в Царстве Божьем, которого у них не могло быть по определению. У них не было даже общения с Иисусом. Потому что это общение им только сейчас в письме предлагает апостол Иоанн, говорящий, по видимости, от имени многих других апостолов.

Итак, хотите общение с Богом и Его Сыном? Топайте до нас. Не хотите топать, шиш вам, а не общение с Богом. Вот как-то так выглядит сообщение, если его упростить. Не верите, попробуйте перечитать первую часть послания. Хотя, сильно сомневаюсь, что вы так легко расстанетесь со своими убеждениями. А жаль.

Прочтемся.

Иоанн о молитве: 3 комментария

  1. Общаться с Богом может и общается рожденный от Духа. Это может быть каждый. Сегодня многие просто не называют себя апостолами. Это звание приобрело оттенок надменности и высокомерия. Сегодня больше говорят:-рожденный свыше.

  2. Ну так и есть . Ничего нет удивительного в том , что Отец хочет общаться с Сыном. С Христом в апостолах. И сегодня то же самое.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.